Проблемы при регистрации на сайте? НАЖМИТЕ СЮДА!                               Не проходите мимо весьма интересного раздела нашего сайта - проекты посетителей. Там вы всегда найдете свежие новости, анекдоты, прогноз погоды (в ADSL-газете), телепрограмму эфирных и ADSL-TV каналов, самые свежие и интересные новости из мира высоких технологий, самые оригинальные и удивительные картинки из интернета, большой архив журналов за последние годы, аппетитные рецепты в картинках, информативные Интересности из Интернета. Раздел обновляется ежедневно.                               Всегда свежие версии самых лучших бесплатных программ для повседневного использования в разделе Необходимые программы. Там практически все, что требуется для повседневной работы. Начните постепенно отказываться от пиратских версий в пользу более удобных и функциональных бесплатных аналогов.                               Если Вы все еще не пользуетесь нашим чатом, весьма советуем с ним познакомиться. Там Вы найдете много новых друзей. Кроме того, это наиболее быстрый и действенный способ связаться с администраторами проекта.                               Продолжает работать раздел Обновления антивирусов - всегда актуальные бесплатные обновления для Dr Web и NOD.                               Не успели что-то прочитать? Полное содержание бегущей строки можно найти по этой ссылке.                              

«Брюс Уиллис: Интервью без купюр». Большое интервью журналу «Riders Digest» в 2002 году

Большую часть своего звёздного фильма — блокбастера образца 1988 года «Крепкий орешек» — Брюс Уиллис провёл в босоногой беготне с пистолетом в руках. Сегодня, однако, пистолета не видать, а наш герой облачён в несколько более замысловатые одежды. Ботинки, клетчатая фланелевая рубашка и тёмно-синяя шерстяная шапка. И весьма кстати. Мы-то не в изнеженном Лос-Анджелесе. Мы в северном лыжном городке- курорте Хэйли, штат Айдахо (население 6200 чел.), куда неожиданно нагрянула метель. Уиллис говорит по телефону. «План, — говорит Уиллис, — в том, что мы все собираемся возле кинотеатра».

Пятничный вечер спустился на маленький американский городишко, где Уиллис чувствует себя как дома. Они с Дэми Мур, которая 13 лет была ему супругой, а сейчас уже год как обзавелась приставкой «бывшая», приехав сюда десять лет назад, искали тихую заводь в этом затерянном уголке мира (прим. События описываются в 2002 году). Именно здесь так удобно укрываться от прожекторов и вспышек Голливуда. «Здесь я могу спокойно сходить в супермаркет и никто не будет мне надоедать», — говорит Уиллис. «Я вырос на юге Джерси, где можно было выйти с чёрного хода и через две минуты уже быть в лесной глухомани. И здесь так тоже можно. Это великолепный подарок для детей».

И пусть кажется, мир застыл в Хэйли, Уиллис остаётся восприимчивым к переменам, как профессионального, так и личностного характера. В своём новом фильме, Война Харта, он играет полковника армии США, старшего офицера среди заключённых нацистского лагеря для военнопленных, который пытается разрешить конфликт на почве расовой нетерпимости среди своих солдат. Уиллис, которому скоро стукнет 47, беседовал с кинокритиком New York Times Элвисом Митчеллом о Войне Харта и о прочих битвах, в которых Уиллису довелось принять участие.

Брюс Уиллис в фильме «Война Харта»

Чем тебе интересен твой герой в «Войне Харта»?

В последнее время я снимался в определённых фильмах, если не считать «Бандитов», но это фильм совсем другого толка, где меня привлекало спокойствие в характерах героев, в поведении и поступках, когда актёрская игра распространяется за пределы диалогов. Ты видел «Войну Харта»?

Нет.

Фильм о лагере для военнопленных и о происходящем внутри него. В фильме затронут вопрос расизма во время Второй мировой войны. Я однажды смотрел отличное видео о Второй мировой войне, которое, кажется, сделали в Time-Life, с целым параграфом, посвящённым расизму во время войны. На военных базах в США вспыхивали бунты, которые военные пытались подавить и которые впоследствии замалчивались. Проблема расизма получила своё развитие в фильме, а также играет значительную роль в неожиданном финале.

А в этом герое, которого я играю, есть чувство достоинства и благородства. Он военный в четвёртом поколении и выпускник Уэст-Пойнта в четвёртом поколении. Многие персонажи в фильме твердят ему, что война уже закончилась. Но не для моего героя. Война продолжается. И пусть он в лагере, он верен своему долгу и будет продолжать сражаться всеми доступными средствами. Когда посмотришь фильм, ты поймёшь, о чём я.

Создаётся впечатление, что своеобразный «кодекс поведения» — важная часть многих героев, которых ты играешь.

Да. В начале карьеры я снимался в фильмах жанра экшн как «Крепкий Орешек», где у героя есть свой свод правил, который регулирует, что он может сделать и что не может.

А я вот вспомнил «Свидание вслепую», где твой герой пытается быть правильным.

Пытается поступать правильно. Задолго до того, как я разглядел это свойство в герое, я обрёл свой собственный кодекс мужчины. Тем не менее, в конце фильма (прим. «Война Харта») меня убивают. Наверное, не нужно было рассказывать, потому как это небольшой сюрприз для зрителя в конце фильма.

Тебе это тоже понравилось?

Да, потому что эта ситуация исполнена достоинства и чести моего героя и героя Терренса Ховарда, которого я ставлю в опасное положение. Я возвращаюсь и несу ответственность за свои поступки, спасая жизнь ему и герою Колина Фаррелла, хотя мог запросто совершить побег и выполнить миссию. Мой герой возвращается и жертвует своей жизнью для спасения этих ребят, которых вот-вот должны убить. Не уверен, стоит ли нам выпускать это в печать...

Брюс Уиллис в фильме «Осада»

Очевидно, что это не первый твой выход в роли военного. Военного ты играл и в «Осаде» — довольно интересном кино, учитывая сегодняшнюю обстановку, как считаешь?

Ага. Как тебе такой случай? Недавно я давал интервью, где журналист привёл мне мою же цитату 1996 года: «Следующая война, в которой будет участвовать наша страна, будет война с терроризмом. Воевать мы будем, преимущественно, авиацией. Это будет совсем не тот, знакомый многим, наземный театр военных действий». Я совсем забыл, что говорил тогда, а оно вот как обернулось.

Этот фильм стал своеобразным поворотом для тебя. В нём ты играл далеко не геройского персонажа.

Нельзя постоянно играть героев. Хочется иногда сменить амплуа. Я смотрю, бывало, кино с бандитами и говорю: «Да они же могут творить, что хотят».

Хорошо, когда удаётся немного измениться. Хорошо, когда не всегда нужно следовать этому кодексу героя. В «Осаде» мой герой делал то, что должен, пусть и в его личном понимании, для выполнения задачи. Он не был хорошим, не был славным малым и не был героем. На самом деле это фильм Дензела (прим. Дензела Вашингтона). У него получилось сыграть великолепно. Он и сейчас отлично играет, а тогда у него получилось просто великолепно. Аннет Бенинг тоже была на высоте.

Ты наверняка вспомнил этот фильм 11 сентября.

Да, было дело. С тех пор фильм поднялся в рейтингах. Но Всемирный торговый центр в этом фильме не падал. Тяжело вести войну, если одна из сторон привлекает религиозную идеологию на свою сторону. А это и происходит сейчас. Тяжело сражаться с человеком, который готов разбежаться, врезаться в тебя и, повиснув на тебе, утащить за собой, падая с обрыва. Он готов жертвовать своей жизнью, потому что его религия учит, что, приняв смерть, убивая врага, он вознесётся по правую руку своего Бога. У нашей страны есть определённые проблемы в противостоянии такой концепции. Я считаю, что это неправильно, невзирая на то, что их религия называет правильным или неправильным. Убийство, будь то семи тысяч людей или одного человека, во имя религиозной идеологии — ненормально. Я знаю, они там думают, что они правы, но... У Америки, касательно терроризма, долгое время на глаза были надвинуты шоры. И вот, возвращается человек в Оклахома-Сити и говорит: «Вот это да. А терроризм-то существует». Терроризм существовал тысячи лет. Мы ведём войну, корни которой уходят в пятое столетие нашей эры, а не в сентябрь месяц.

Тебе должно быть интересно, потому что я вспомнил «Осаду». Но ещё я вспомнил о «Крепком орешке 3: Возмездие», в котором вся заваруха происходит в самом центре Нью-Йорка, что не так далеко от случившегося.

Да, на том самом месте.

Что ты чувствуешь от обилия параллелей между твоими фильмами и реальностью? От того, что они всё сошлись в одной точке?

Искусство имитирует реальность, но иногда реальность имитирует искусство. Это сложное переплетение многих неизвестных. Терроризм жил и здравствовал годами. Многие думают, что решение Клинтона не входить в Боснию позволило террористическим ячейкам просочиться в Европу. Я как-то беседовал с другом из Вашингтона, когда готовился к съёмкам «Шакала», и он сказал, что они знают, где находятся все учебные центры террористов. Я ему: «Ну, так почему бы не уничтожить их одним махом?» Он ответил: «Потому что нельзя влепить им пощечину и думать, что они прекратят свою деятельность. Их нужно бить и бить до победного конца». А я, лично, считаю, что нет лучше времени для того, чтобы весь свободный мир объединился и сказал: «Пришло время положить конец этому явлению. Пусть это займёт пять или десять лет, или столько, сколько нужно для полного уничтожения терроризма». Или хотя бы: «Нет сил больше терпеть это. Мы такого больше не позволим».

Во втором «Крепком орешке» самолёт всё-таки падает и уносит жизни мирных людей. Здесь, по сути, показан терроризм за деньги.

Да, но это всё равно терроризм.

Получается, между этими фильмами, а также «Шакалом» и «Осадой» находится весьма обширный пласт твоей карьеры.

Верно. Эти фильмы наделали больше всего шума, но в этом промежутке я снимался и в фильмах калибром поменьше.

То, что ты много работал — очевидно. В свете последних событий и явлении твоего имени в новом ракурсе, поменялось ли что-то в тебе?

Странная штука. Нравится тебе или нет, но я часть поп-культуры в фильмах Голливуда. Я дал интервью «Actors Studio» (Прим. телешоу)...

Плакал?

Нет, не плакал. Но спасибо за вопрос! Там часто доводят до слёз, но я не плакал, нет. Они решили перенести выпуск данного эпизода из-за пары вопросов о «Крепком Орешке». Тема терроризма в то время была очень чувствительной. Мне кажется, сейчас всё немного поутихло. А в то время на устах Америки была кровь и жажда крови.

А у тебя?

Я хочу видеть настоящую войну с терроризмом. Я не думаю, что дело тут в одном человеке. Я не думаю, что один в поле воин. Я думаю, всё дело в идеологии. Вот, например, я. Я не совершаю преступлений. Я не тычу в чью-то голову пистолетом со словами: «Гони бабки». Я не убиваю во имя Господа. Так что мне трудно даже подумать о том, чтобы смириться с этим явлением. Я никому не желаю смерти и не верю в возмездие во имя возмездия. Мне больше интересно увидеть… эти страшные деяния сравнимы с действиями Гитлера в 1933: приход к власти богатых, влиятельных, государственных и военных лидеров. Совершено понятно, что подготовка велась задолго до. Они не 9 сентября вдруг решили: «А почему бы нам не…». А если бы самолёт, который они хотели направить на Белый дом, достиг своей цели — всё было бы в сто крат хуже. Это был бы полный хаос. Я никому не желаю смерти. Я верю в справедливость и верю в ответственность за свои действия.

Интересное противоречие наблюдается. С одной стороны, ты говоришь о непринятии насилия в своей жизни, но с другой — вот эти фильмы.

УИЛЛИС: Одно дело — развлечения, другое дело — жизнь. Мне кажется, люди, которые сегодня смотрят кино, понимают разницу. Включи телевизор — там люди, которых убивают по-настоящему. Никто же не выходит из зала после просмотра моего фильма или любого другого фильма, где кого-то убивают, с мыслью, что кто-то действительно пострадал. Публика достаточно образована. Она достаточно умна. Она знает, что это лишь одна из форм того, чем всегда было кино: побег от реальности в тёмную комнату, где на белый экран проецируется изображение. Если повезёт и кино окажется хорошим, то через пятнадцать минут ты покинешь свою реальную жизнь и на пару часов погрузишься в происходящее на экране.

Мне часто задают подобные вопросы, потому что у журналов и у прочих СМИ такая работа — найти зацепку. Долгое время муссировалась тема о том, что фильмы, которые содержат сцены насилия, продуцируют насилие в жизни. Не думаю, что это правда. Хуту и Тутси рубили друг друга тесаками, тяпками и мачете, а я уверен, ни один из них не видел моих фильмов. Мы живём в жестоком мире. Он всегда был жестоким. Наша страна основана на насилии, расизме и геноциде. Больно вспоминать, но во Второй мировой войне шесть миллионов евреев были убиты самым ужасным образом. Уничтожались и другие группы людей: гомосексуалисты, цыгане, русские. Они убили двадцать один миллион русских.

Проще говоря — всех, кто не был арийцем.

Правильно. Но лицемерным я считаю то, что никто не говорит о событиях в нашей стране. Об уничтожении коренных жителей Америки после Гражданской войны. За десять лет было уничтожено около 19 миллионов коренных жителей Америки. Это геноцид. Никто никогда об этом не говорит, хотя я говорю об этом во многих интервью, но на полосу это не попадает. Никогда я не видел этих слов в печати. Какой-то редактор скажет: «Нет, это выпускать нельзя. Мы не можем об этом писать». Но за скальп коренного жителя Америки предлагали награду в пять долларов. А если не получалось найти индейцев — ехали в Мексику и убивали мексиканцев, чтобы раздобыть скальпы.

Ты живёшь в штате, у которого много земель индейцев.

Совершенно верно. А посмотри, как относятся к коренным жителям Америки, как их дискриминируют. Представь такую ситуацию. Приплывают к нам белые европейцы и говорят: «Ребята, у нас тут плохая новость, очень плохая новость и очень-очень плохая новость. Первая: Мы остаёмся. Вторая: Мы забираем всю вашу землю, а взамен не даём ничего и будем обманывать вас с каждым новым соглашением. Ну, и самая плохая новость: Мы будем уничтожать всю вашу расу».

Ну, а чаще всего тебя, наверное, спрашивают о личной жизни.

Возьмем меня, как пример того, во что СМИ превратили жизнь многих актёров Голливуда. Моя личная жизнь — развлечение, будь она в бульварной прессе или в журнале People, который на самом деле тоже бульварная пресса. Только он немного утончённее. Но такова реальность. Моя личная жизнь — развлечение для масс. В начале карьеры я ругался с ними, говорил: «Это несправедливо и нечестно. Я просто хочу быть актёром. Зачем вы так поступаете со мной?» С тех пор я усвоил урок и понимаю, почему так происходит — потому что это — развлечение. Потому что всё вокруг — развлечение. Спорт — развлечение. Политика — развлечение. Голливуд всегда был развлечением, но теперь всё — развлечение. Война, в определённой степени, тоже развлечение. Имею в виду, что они просто не могут дождаться, чтобы написать «Нападение на Америку» в заголовке. Всем этим электронным СМИ нужно соперничать друг с другом. Если СМИ «А» хочет соперничать с СМИ «В», а те показывают что-то ужасное, то первым нужно показать нечто не менее ужасное, иначе рейтинг упадёт. Вот в таком ключе всё и становится развлечением. Тяжело найти газету или телеканал, которые не хотят капитализировать горе.

Интересно то, что долгое время всё это контролировали студии. Они контролировали поток информации о звёздах, которая поступала во внешний мир. Как считаешь, такое пристальное внимание — результат того, что маятник качнулся в противоположную сторону?

Мне кажется, всё дело в том, что тормоза отказали. Теперь они могут писать или говорить, что хотят. Бульварная пресса так и делает, а чтобы они взяли свои слова обратно, приходится подавать на них в суд. Шесть месяцев, пара сотен тысяч долларов судовых издержек и они напечатают крохотное опровержение где-то на последней странице. Мне больше не нужны опровержения. Мне надоело рассказывать, что я имел в виду, или исправлять чужие ошибки и неточности, или объяснять что я за человек вне экрана, за пределами работы. Я мог бы говорить целый год, а люди всё равно не станут лучше понимать, кто я. Готов побиться об заклад, что я встречаю менее четырёх десятков новых лиц в год. Тем не менее, плохо это или хорошо, я — знаменитость. Так что каждый, кто со мной не знаком, понятия не имеет о том, кто я как человек, обладает некой голографической проекцией, как он думает, меня, основываясь на моих ролях в кино, телевизоре, интервью и заметках в бульварной прессе. И, честно говоря, эта проекция настолько далека от меня настоящего, что я уже устал объяснять людям, кто я. Я работаю актёром. Мне нравится развлекать людей. У меня хорошая работа и сегодня больше, чем когда-либо, я горд, что, развлекая людей, мне удаётся на несколько часов унести их из повседневной жизни.

Б. Уиллис и Х.Дж. Осмент в фильме Н. Шьямалана «Шестое чувство»

Продолжая о развлекательных фильмах. В «Шестом чувстве», кстати, много того молчания, о котором ты говорил раньше.

М. Найт Шьямалан — режиссёр фильма — совершенно особый случай. Как известно, большинство современных фильмов снимаются по современным же романам. По отдельным книгам-бестселлерам фильмы снимают сразу после публикации оригинального произведения. Некоторые фильмы являются ремейками старых фильмов либо ремейками телешоу 60-х. У Найта есть абсолютно уникальная способность — придумывать вещи прямо из головы и сразу записывать. Он снял уже два великолепных фильма, которые вышли прямо из его головы. Так случилось, что те оба героя — одиноки, но у каждого на то свои собственные причины.

Даже в «Пробуждении» присутствует эта тематика человека-отшельника.

В этом весь Найт. Он — не часто я говорю это слово — гений. Он — восхитительный рассказчик. Он — мой любимый тип кинорежиссёра. Отлично ладит с актёрами. Обожает работать над мельчайшими моментами в фильме. Кроме того, мне ещё повезло работать с прекрасными актёрами. Я бы поставил Хэйли Джоэла Осмента в один ряд с любым актёром современности. Этот парень великолепен. А в «Неуязвимом» мне посчастливилось работать с Сэмюэлем Л. Джексоном, с Робин Райт Пенн, со Спенсером Тритом Кларком. Все они отличные актёры. Все они тяжело работали изо дня в день, тщательно готовились, привносили свежие идеи и одновременно работая над двумя хорошо выписанными сценариями. Когда я читал «Шестое чувство», меня как будто дурачили до последней страницы, до последних двух-трёх последних страниц сценария, где мне порвало крышу от того, что мой герой мёртв. Полнейшая неожиданность. Вот что потянуло меня сняться в нём. Я сказал: «Если я смогу, то это будет превосходное кино». Никто в нас не верил. Да мы и сами не верили, что у нас получится. Мы каждый день очень напряжённо работали над схематикой и принципами обмана зрителя. И когда фильм уже был снят, мы всё равно не были уверены, что у нас получится обмануть зрителя. Показательной особенностью «Шестого чувства» является то, что зритель, увидев фильм, не рассказывал своим друзьям и знакомым изюминку финала. По ведомым только им причинам, люди не распускали языки, а говорили: «Нет-нет. Вот посмотришь — узнаешь». И люди шли смотреть, как мы их обманем. Когда сам видишь, говоришь: «Ну, конечно». Найт просто великолепно обыграл эту ситуацию.

Б. Уиллис и С.Л. Джексон в фильме «Неуязвимый»

Занимательно вот что. Учитывая тот факт, что ты был застенчивым в детстве, возникает вопрос, а не была ли актёрская деятельность способом повысить уверенность в повседневном общении.

Было. В детстве, с 9 до 17 лет, я ужасно заикался. А в школе произошло удивительное событие. Я участвовал в глуповатом спектакле. Нельзя сказать, что он был глупым, но играли мы его с изрядной долей дурачества. «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» - так он назывался. Выходя на сцену, я переставал заикаться. А уходя со сцены — начинал заикаться снова. Тут я сказал себе: «Чудеса какие. Надо разобраться». Естественно, я веселил народ в классе, к общему негодованию моих учителей.

Ты становился другим, будучи «весельчаком»? Заикаться переставал?

Хм. Немного. Думаю, моё чувство юмора выросло из моего заикания. Как если: «Ну, да, я — заика, но если я тебя рассмешу, может, заикание не будет так бросаться в глаза». Понимаешь? Было неприятно. Я не помню, стеснялся ли я. У меня были друзья. Меня выбирали президентом ученического совета. В этом смысле я был популярен, но внутри мне не давал покоя тот факт, что я не могу перестать заикаться.

Брюс Уиллис в детстве

В какой момент ты понял, что можешь победить заикание? Во время того спектакля?

То был случай, который привлёк моё внимание. Я не воспринимал деятельность в школе как актёрскую. Это не была актёрская деятельность. Это были школьные спектакли. Никто не учил нас актёрскому мастерству. Всё началось, когда я попал в Государственный Колледж Монтклер, в котором в то время было отличное театральное отделение. Там были два прекрасных учителя, которые привозили режиссёров из Нью-Йорка для постановок на сцене. Первой постановкой в колледже был «Полёт над гнездом кукушки». Я сыграл роль и понял: «Вот оно. Это моё. Вот чем я хочу заниматься». Я ни разу не передумал. Никогда не думал я о чём-то, кроме как о сцене.

Работая охранником на хим. заводе ты знал, что это лишь халтурка?

Совершенно верно. Я не мог сразу пойти в колледж. Мне нужно было работать год-два, чтобы накопить деньжат и пойти учиться. И ещё у меня была безумная идея. Я хотел специализацию по коммуникациям. В некотором смысле, я этим и занимаюсь. Я общаюсь, в определённом смысле, но это не та коммуникация, которая была у меня в голове в то время.

А какая?

Не знаю. Новости. Трансляции.

Ты хотел быть диктором?

Нет. Нет, такой чёткой определённости у меня не было. Вот почему я актёр и продолжаю заниматься актёрской деятельностью? Если бы я умел рисовать, я бы рисовал. Если бы я умел лепить скульптуры или как-то иначе выражать себя в искусстве, я бы занимался чем-то другим. Будучи актёром, я пытаюсь что-то создать. Пытаюсь творчески выражать себя. Я всё ещё учусь. Я до сих пор учусь быть актёром. Я учусь находить тонкие моменты, создавать нечто, чтобы оно было искренним, настоящим. Я учусь на каждом фильме, на каждой своей ошибке в фильме. Десять лет назад я знал, что моя лучшая роль ещё впереди.

Источник: BRUCE-WILLIS-ONLINE.RU
.:: Статистика ::.
Пользователи
HTTP: 1
IRC: 11
Jabber: 0
( состояние на 00:48 )
ADSL-газета: Ежедневно свежие анекдоты, гороскоп, погода, новости, ТВ-программа, курс валют

Интересности из Интернета: Интересные статьи на разнообразные темы, найденные на просторах интернета

Компьютерная консультация

Единый личный кабинет