Проблемы при регистрации на сайте? НАЖМИТЕ СЮДА!                               Не проходите мимо весьма интересного раздела нашего сайта - проекты посетителей. Там вы всегда найдете свежие новости, анекдоты, прогноз погоды (в ADSL-газете), телепрограмму эфирных и ADSL-TV каналов, самые свежие и интересные новости из мира высоких технологий, самые оригинальные и удивительные картинки из интернета, большой архив журналов за последние годы, аппетитные рецепты в картинках, информативные Интересности из Интернета. Раздел обновляется ежедневно.                               Всегда свежие версии самых лучших бесплатных программ для повседневного использования в разделе Необходимые программы. Там практически все, что требуется для повседневной работы. Начните постепенно отказываться от пиратских версий в пользу более удобных и функциональных бесплатных аналогов.                               Если Вы все еще не пользуетесь нашим чатом, весьма советуем с ним познакомиться. Там Вы найдете много новых друзей. Кроме того, это наиболее быстрый и действенный способ связаться с администраторами проекта.                               Продолжает работать раздел Обновления антивирусов - всегда актуальные бесплатные обновления для Dr Web и NOD.                               Не успели что-то прочитать? Полное содержание бегущей строки можно найти по этой ссылке.                              

История Вятки как часть этнической истории восточной Европы. Часть 1

Представляем Вашему вниманию статью Сергея Ухова, действительного члена Русского географического общества при РАН, в которой приводятся новые сведения из истории Вятки, воссозданные с помощью методов лингвистического анализа.

1. Традиционный взгляд

Общая картина появления и распространения (этногенеза) славян и, в частности, русских, по общепринятому мнению, такова. Славяне как племена, имеющие специфические культурные и языковые свойства, возникли на Дунае, на юге нынешней Польши или на Днепре. На исторической арене они проявились в начале i тысячелетия н.э. Во время Великого переселения народов они играли второстепенную роль, но все же поучаствовали в уничтожении Западной Римской империи. По некоторым данным, и вандалы были славянами или полуславянами-полугерманцами. В катаклизмах бурных iv и v веков исчезли многие народы. Славяне заняли территории обитания некоторых из них, ассимилировав оставшихся в живых жителей. К vii-viii векам они занимали земли нынешних славянских государств средней Европы, север (лесную и лесостепную часть) Украины, часть Белоруссии, Псковщину и Новгородскую землю, часть верхнего Поднепровья. В междуречье Волги и Оки они обитали наряду с балтийским племенем голядь и финноуграми.

Финноугры – народы, говорящие на финноугорских языках, одной из двух ветвей уральской семьи языков. Финноугорская ветвь делится на языковые группы: прибалтийскофинская (финский, водский, эстонский и др.) и примыкающий к ней саамский; поволжскофинская (мордовские и марийский); пермская (коми-зырянский, коми-пермяцкий, удмуртский); угорская (венгерский, мансийский, хантыйский).

Балтийские народы (балты) – говорящие на балтийских языках. Балтийские языки – группа языков индоевропейской семьи, к ним относятся латышский, литовский и латгальский, а также вымершие прусский, ятвяжский и др. Наиболее близки к славянской группе языков; некоторые исследователи объединяют балтийские, славянские и палеобалканские (языки догреческого населения Балканского п-ова, о-вов Эгейского моря и М. Азии) языки в одну ветвь и.-европейской семьи. Литовский язык считается наиболее архаичным из всех индоевропейских языков – т.е. наиболее близким к праиндоевропейскому языку-основе.

Все остальное пространство лесной зоны Восточной Европы и Западную Сибирь населяли финноугорские народы. Примерно в середине i тысячелетия н.э. произошло разделение славян на восточных, южных и западных. В viii веке возникли первые восточнославянские государства – на среднем Днепре и на северо-западе в районе Волхова. В следующие века восточные славяне, получившие общее прозвание русь, покоряли окрестные народы, наполняя собой пространство будущей России. Большинство финноугорского населения, а затем и сибирского (в т.ч. угорского) было ассимилировано, остались лишь отдельные островки на территориях нынешних автономных республик. Так русские дошли к середине xvii века до Тихого океана.

Бассейн р. Вятки был заселен финноугорскими племенами – предками марийцев, удмуртов и коми. Русские стали появляться на этих землях в xii веке отдельными группами, что засвидетельствовано археологией. Первое упоминание о Вятке в русских летописях датируется 1374 годом: «Ушкуйники… пограбиша Вятку».

Ушкуйники (от древнерусского ушкуй – речное судно с вёслами), новгородские отряды (до нескольких тыс. чел.), формировавшиеся боярами для захвата земель на С. и торгово-разбойничьих экспедиций на Волге и Каме с целью обогащения и для борьбы с политическими и торговыми противниками. Появились в 20-х гг. 14 в. Социальный состав У. был весьма сложным. Походы У. подрывали экономические ресурсы Золотой Орды, но вместе с тем наносили ущерб городам и мешали развитию торговли по Волге и Каме. В 1360 У. во главе с боярином Анфалом Никитиным захватили г. Жукотин на Каме. В 1366 напали на Нижний Новгород и перебили много татарских и армянских купцов. В 1371 совершили грабительские набеги на Кострому, Ярославль и др., в 1375 разбили войско костромичей, разграбили Кострому, Нижний Новгород и дошли до Астрахани, где были разгромлены татарами. В начале 15 в. в связи с усилением Московского великого княжества походы У. прекратились. (БСЭ).

Более подробный рассказ о заселении Вятской земли дает т.н. «Повесть о стране Вятской», составленная на основе когда-то, возможно, существовавших вятских летописей или преданий и сохранившаяся в списках xviii века. Согласно «Повести» новгородцы самовластцы пришли на Вятку в 1174 году (как написано, во время княжения Ярослава Владимировича) и обнаружили вблизи устья Чепцы «Болванский» городок, населенный чудью и отяками (в других списках – остяками). Они овладели этим городом в тяжелом сражении, призвав на помощь святых страстотерпцев Бориса и Глеба и великого князя Александра Невского. Завоеванный город новгородцы нарекли Никулицын «ради речки Никуличанки». На этом месте, вблизи села Никулицыно, действительно находится большое городище с несколькими культурными слоями. Верхний относится к xiv веку н.э., нижний – к v веку до н.э. Кроме того, другой отряд новгородцев захватил черемисский город Кошкаров, который «ныне нарицается Котельнич».

Посоветовавшись, новгородцы решили между двумя этими городами поставить новый город, который назвали Хлыновым, «ради речки Хлыновицы», вблизи устья которой и был он основан. В дальнейшем Никулицын, видимо, захирел, а Хлынов с Котельничем (спустя какое-то время к ним присоединился город Орлов) росли и развивались, заселялись новгородцами, участвовали в московских междоусобицах, воевали с татарами и были вполне довольны своим положением, пока не попали под власть московского великого князя. На этом, собственно говоря, история вольной Вятки заканчивается, поскольку она уже вошла в историю Московской Руси.

В 1781 г. Екатерина ii переименовала Хлынов в Вятку (с 1934 – Киров).
Замечательно еще и то, что чудь и «отяки» в других источниках в связи с Вяткой не упоминаются. Впрочем, известно из преданий, что чудь ушла под землю. А отяки – это, видимо, вотяки, удмурты. Деревни, населенные ими, остались на восточных и юго-восточных окраинах Кировской области. В южных районах довольно много марийцев (черемисов) и татар. Остальное коренное население было, видимо, успешно и в короткий исторический срок ассимилировано или по-тихому уничтожено новгородцами.

Надо сказать, что сведения из «Повести о стране Вятской» были использованы Карамзиным и Костомаровым, причем были поданы последним как факты из «вятских летописей». С легкой руки маститых историков они до сих пор кочуют по историческим трудам. Костомаров как-то заметил: «Нет ничего в русской истории темнее судьбы Вятки…». Через 135 лет ему едко, но справедливо ответил американский историк-источниковед Даниэль Уо (waugh): «Сам Костомаров не сделал менее «темной» историю Вятки, так как в основном он только повторял сведения из известной «Повести о стране Вятской» в ее «толстовском» варианте» (71).

В начале xx века «Повесть о стране Вятской» была подвергнута тщательному анализу и критическому разбору со стороны вятских краеведов, среди которых нужно выделить А.С. Верещагина (45). Было установлено, что она написана не ранее конца xvii, а скорее всего – в xviii веке. В «Повести» содержится множество исторических несуразностей. В xii веке, например, не было крупномасштабных походов ушкуйников, иначе бы это обязательно зафиксировали дотошные летописцы. Это – реалии xiv века, вызванные ослаблением Золотой Орды, в военно-политический ареал которой входила Северная Русь. Само же Русское государство тогда еще не окрепло. На месте Котельнича и вообще в этом районе не было черемисских поселений – ни по письменным, ни по археологическим источникам. И что за название – Кошкаров? Может быть – Кокшаров? Был такой город, действительно в черемисских местах, но на Волге, в 250 верстах к югу от Котельнича. Назван по реке Б. Кокшага. Был еще Царевококшайск (ныне Йошкар-Ола) на М. Кокшаге. Еще есть река Кокшеньга, но это уже к северо-западу от Котельнича верст 350. Такое впечатление, что автор «Повести» «слышал звон», да и тот передал неточно.

Есть в «Повести» такой эпизод: новгородцы хотели поставить город Хлынов выше по течению, там, где сейчас Трифонов монастырь. Заготовили лес, но вышедшая из берегов Вятка унесла лес на версту ниже. Там город и поставили. Критики заметили, что это ходячая легенда: примерно такие же истории рассказывают про разные города. И так далее.
Но, подвергнув «Повесть о стране Вятской» уничижительной критике, исследователи оставили этот источник в научном обиходе: ведь если отбросить «Повесть», то не останется вообще почти ничего! Пришлось сделать такой вывод: фактология, наверное, все-таки более-менее достоверная, раз осталась в исторической памяти вятчан. Просто автор «Повести» перепутал год. Он написал 6682 год (1174), а первое упоминание в русских летописях о Вятке датируется 6882 (1374) годом (поход ушкуйников). Значит, описка во второй цифре, поменяем циферку, и все будет нормально! Получилось, как у Пастернака: «Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?»! Подумаешь, на пару веков ошиблись!

Главный историограф Вятки проф. Эммаусский принял и распространил концепцию достоверности «Повести» со сменой датировки (на 200 лет) похода новгородцев. Осталась одна неувязка. В «Списке русских городов дальних и ближних», составленном в конце xiv века, вслед за Нижним Новгородом и Курмышем на Суре, стоит город Вятка. Упоминается город Вятка и в летописях, и в договорных документах того времени. А в «Повести о стране Вятской» ничего не говорится о городе Вятке, а только о чудско-отяцком Болванском (Никулицыне), черемисском Кошкарове (Котельниче) и новгородском Хлынове. Эммаусский блестяще разрешил это противоречие, как бы забыв о мифических Болванском и Кошкарове (тут верим «Повести», а тут не верим?) и добавив к триаде названий главного города (Хлынов – Вятка – Киров) четвертый элемент. Получилось Вятка - Хлынов – Вятка – Киров (81, 82 и др. соч.).
Город на реке Вятке, писал Эммаусский, был один. Сначала он назывался Вятка. Его основанием можно считать 1374 год (из формулы: 1374=1174+200). В середине xv века на территории города Вятки была построена крепость под названием Хлынов, и затем это название вытеснило первоначальное имя города. Тогда же на реке Вятке ниже по течению были заложены города Котельнич и Орлов. Первые упоминания об этих трех городах в русских летописях относятся к 1457 - 1459 годам. В дальнейшем были основаны города Слобода (Слободской) и Шестаков выше по течению. И уже в xvi веке на марийских землях поставлены города-крепости Царевосанчурск, Яранск, Уржум и Малмыж.
Эта историческая концепция стала официальной, по ней отсчитывается возраст г. Кирова, она излагается в учебных пособиях и берется за основу последующих исторических исследований. Еще раз кратко сформулирую ее суть: Вятская земля была заселена финноугорскими племенами, предками марийцев, удмуртов и коми. Отдельные группы русских проникали на Вятку, начиная с xii века. Новгородцы пришли на Вятку в конце xiv века, победили коренных финноугров – чудь, «отяков» и черемисов - и основали город Вятку (впоследствии Хлынов). Тогда началась интенсивная русская колонизация края, основу которой заложили новгородские ушкуйники. В первые 115 лет своего существования Вятка пользовалась определенной «самостийностью», но после похода, организованного Иваном iii, вошла в состав Московского централизованного государства. Народы, ее заселявшие, подверглись мирной ассимиляции и сохранили свою национальную идентичность только по краям области.

Эта общепринятая историография не случайна. Она вписывается в общий контекст «конкистадорской» теории освоения восточноевропейской равнины: отряды ушкуйников или князья-герои ставят города, а затем приходят толпы крестьян и осваивают земли, занятые раньше темными туземцами (в данном случае – финноуграми). Эта же концепция принята историографией национальных автономий: они исторические хозяева, а русские – пришельцы-колонизаторы. По существу это экстраполяция освоения Сибири на более раннее время и ближнюю территорию.

 

2. Источники традиционной историографии

В этой части нашей работы ограничимся рассмотрением историографии Вятской земли. И вглядимся попристальнее в источники, на которых она базируется. Как удачно сказал современный историк Сергей Цветков, «иные научные теории имеют вид преуспевающего дельца с темным прошлым, в которое нелишне заглянуть, прежде чем вести с таким человеком какие-либо дела».

Источник №1 – это «Повесть о стране Вятской», о которой мы уже писали. Но в этой «повести» есть еще и первая часть (45а), которую современные публикаторы обычно отбрасывают. В ней говорится о происхождении русского народа, который олицетворяют новгородцы, чуть ли не от сотворения мира. Для нынешних представлений она совершенно фантастична, но вполне вписывается в расхожую, правда, тогда уже провинциальную мифологию начала xviii века, когда история как наука в России еще только зарождалась.
Подобные сочинения есть, наверное, у всех стран и народов. Их цель – облагородить правителей, элиту или этносы, выводя их происхождение от более-менее достойных предков и как можно более древних: от Адама, Перуна или Александра Македонского. В данном случае мы имеем дело с региональным вариантом подобной «истории», которая ведет происхождение вольной Вятки от самовластного Новгорода. Ее автор, по данным Уо, – дьячок Богоявленского собора Семен Попов, занимавший впоследствии выборную должность бурмистра Хлынова – преследовал в некотором смысле и политические, оппозиционные цели. Судя по содержанию «Повести», можно предположить, что многие мифологемы попали в среду хлыновского клира вместе с монахами из новгородских обителей в тяжелые для новгородской братии времена Ивана Грозного. Видимо, в монастыре пересказывались легенды о том, от кого произошли новгородцы, а с другой стороны – звучали рассказы о дерзких самовластцах, почерпнутых, возможно, из летописей, но попавшие к автору только в устной форме через третьи руки. Только этим можно объяснить анахронизмы, связанные с самыми известными князьями. Ведь Александр Невский, которого призывают на помощь новгородцы в 1174 году, родился только около 1220, а в те времена еще и его папы на свете не было. А само действие происходит якобы во времена Ярослава Владимировича. Известных князей с таким именем было двое: Мудрый и Осмомысл, но оба жили задолго до Александра (первому он был прапрапраправнук, а второму - внучатный племянник), так что синхронизировать различные куски «Повести» никак не удастся. Само же предисловие, по мнению Уо, является сокращением известного текста «Начало великому Словенску».
Зато хорошо было известно автору Никульчинское городище. Даже в xix веке, до начала систематических раскопок, остатки укреплений древнего города были хорошо видны. Итак, древний разрушенный город есть, есть существующий город Хлынов, на вятской земле жили инородцы (это всем известно), в древние времена тут сновали новгородцы (говорят, так в летописях написано), а дальше – вперед, перо!

Не чужды автору «Повести» и топонимические изыскания, что говорит о его недюжинной фантазии. Например, город Никулицын назван «ради речки Никуличанки», а город Хлынов – «ради речки Хлыновицы» (хотя, конечно же, наоборот – исходя из семантики основ и морфологического строения этих топонимов). А откуда Хлыновица? Когда подплывали новгородцы к ее устью, над речкой летали птицы и кричали: «Хлы! Хлы! Хлы!»...

Конечно, «Повесть о стране Вятской» - ценнейший литературный памятник, произведение талантливого пиарщика эпохи российского Возрождения, по которому можно изучать провинциальную культуру петровского времени. Что же касается реалий xii или xiv века, то надо признать, что ее автор имел весьма туманное представление о том времени и происходивших тогда событиях. Если он и основывался на каких-то преданиях, то они могли относиться либо к другому времени, либо к другому месту, либо быть плодом фантазии. Использовать в качестве источника исторических сведений «Повесть о стране Вятской» недопустимо, т.к. это не только искажает реальность, но, в отсутствие других фактов, создает псевдореальность, миф, который препятствует установлению исторической истины.

Источник №2 – русские летописи, тексты договоров и другие письменные документы эпохи. В достоверности синхронных летописей, за некоторым исключением, не приходится сомневаться. К сожалению, о Вятской земле до 1374 г. нет ни одной записи. Записи по концу xiv века предельно лаконичны типа «ушкунцы пограбиша Вятку».

Источник №3 – археологические раскопки. Беда археологии в том, что при отсутствии письменных источников она ничего или почти ничего не может сама по себе сказать об этнической принадлежности представителей археологических культур, а главное – об их языке. Ей нужны дополнительные данные. При неточности таких данных и выводы археологии будут столь же неточны.
Что касается археологических культур северо-восточной Европы, то здесь их этническая интерпретация считается несложной: если культура местная, то, значит, она соотносима с финноугорскими или самодийскими этносами.

Самодийские народы, общее название народов, говорящих на самодийских языках, — ненцев, энцев, нганасан и селькупов. Самодийские языки – вторая ветвь (наряду с финноугорской) уральской семьи языков.

Это принимается априори, потому что «здесь всегда были финноугры».
Итак, в археологическом изучении края необходимо снять налет мифологии, заново переосмыслить этническую принадлежность археологических культур, опираясь только на достоверные источники. Но для начала – снять все бездоказательные отождествления археологических культур с этносами.
Надо признать, что в археологическом отношении территория Кировской области изучена очень слабо. Даже у самых известных объектов либо раскопаны только верхние слои, либо малая часть площади. В последнее время раскопки велись различными экспедициями (Глазов, Ижевск, Пермь и т.д.) и должным образом не систематизированы и тем более не осмыслены историками.

И в конечном итоге, что мы имеем по истории xiv века и более древней, по этнической истории края, после того, как отбросили недостоверные источники и мифы? Практически ничего. Чистый лист. Вот на этом чистом листе и предстоит написать историю Вятки и всего северо-востока Европейской части России. А возможности для этого есть, в чем мы убедимся в дальнейшем.

 

3. Направления исследований

3.1. Письменные источники

Необходимо заново проанализировать письменные источники, касающиеся не только Вятки, но и соседних регионов. Конечно, источники весьма скудные, но взгляд, свободный от мифов, может и из них кое-что почерпнуть.

3.1.1. Русские летописи и другие документы.

Они изучены вдоль и поперек и содержат вроде бы ничтожно мало информации о рассматриваемых территориях. Тем более ценно каждое слово. Надо принять во внимание, что отсутствие информации о каком-либо предмете – это тоже информация.
Например, первое упоминание о реке Каме в русских летописях датируется, видимо, 1324 годом, о Вятке (местности) – безусловно, только 1374 годом, хотя уже в самых древних летописях есть сведения о более удаленных северных землях и народах вплоть до Зауралья (Югра и Самоядь). А ведь Кама – крупнейшая река в Европе, река Вятка – тоже не ручей, а реки в то время были главными транспортными путями. Может быть, не было связей? Нет, связи были с древних времен.

В слоях vii века (!) на территории Финляндии, по сообщению финского исследователя Аарни Эря-Эско, был обнаружен ряд украшений, таких, как шейные гривны и фибулы, происходящие (наряду с Волго-Окским) из Волго-Камского междуречья, где, по его словам, «в эту эпоху существовала древняя и яркая культура» (85. С. 170). «Путешествия камских поставщиков пушнины и торговцев, - утверждает Эря-Эско, - достигали и Финляндии».

На Балтике отмечено «распространение браслетов и гривен пермского типа с viii века». Клад ix в. на о. Рюген (Балтийское море) «содержал… обломок пермского браслета т.н. «глазовского типа» (Й. Херрман. 76. С. 80). Заметим, что Глазов расположен в бассейне Вятки.
Можно не говорить о более близком славянском Северо-западе (будущей новгородской земле), где подобных находок – тьма.

Наблюдались и обратные процессы. Например, в раскопках, относящихся еще к фатьяновской культуре, в ареал распространения которой входила и Вятка (ii тысячелетие до н.э.), находили многочисленные изделия из янтаря с берегов Балтики.

Любопытно, что в двух местах в Европе засвидетельствован культ железной стрелы: в г. Волине на побережье Балтийского моря (смешанное кельтское, германское и западно-славянское население, «венеды») и на Вятке, причем у нас этот культ проник даже в православную обрядность (крестные ходы с культовой стрелой). Этот факт отмечен С. Цветковым (78, с. 370).

Несомненно, что между Северо-востоком и Северо-западом существовали древнейшие связи. Но с начала летописания до 1324 г. и до 1374 г. соответственно Камы и Вятки для летописцев как будто не существует. Это отсутствие – тоже своего рода факт, который многое может дать для осмысления процессов, происходивших на Севере.

Другой пример. В одной из летописей говорится: «Сказа ми Гюрята Роговичь Новгородец: послах отрок свой в Печору, люде, яже суть дань дающие Новугороду; и пришедшю отроку моему к ним, оттуда иде во Югру; Югра же людье есть язык нем и соседят с Самоядью на полуночных странах» (Лаврентьевская летопись. Л. 85а середина. 27. Сс. 234-235).
Печора, Югра и Самоядь здесь этнонимы. У первых двух народов в тексте имеются краткие характеристики, чем они примечательны для летописца:
Печора – люди, дань дающие Новгороду;
Югра – люди, язык которых нем (непонятен).
Но ведь логически вытекают из этого противопоставления и противоположные характеристики:
Печора – язык их понятный;
Югра – дань не дают.
Не означает ли это, что язык печоры не финноугорский, как принято считать априори, а близкий летописцу – славянский или балтийский (про балтов – голядь или литву – никогда не писалось «язык нем», в то время различия балтийских и славянских языков были меньше, да и постоянные контакты позволяли, видимо, понимать друг друга)?
Почти очевидно (да и нет других мнений), что летописная печора обитала на берегах реки Печоры. Беглый взгляд на гидронимию (названия рек) Печорского бассейна показывает, что в среднем и нижнем течении Печоры имеется большой пласт гидронимов индоевропейского происхождения, включая и название основной реки. Любопытно, что как в бассейне Печоры, так и в бассейне Вятки многочисленны гидронимы с формантом -ма, вплоть до совпадения названий (р. Пижма, лев. пр. Печоры, и р. Пижма, пр. пр. Вятки). Об этимологии гидронимов на – ма см. ниже. Да и вообще названия всех крупных рек Северо-востока и прилегающих районов Сибири – индоевропейские: Северная Двина, Мезень, Печора, Обь. Причем, многие финноугорские народы усвоили именно эти названия (например, Двина у карелов viena – с отброшенным «д», Мезень у коми «Мозын», Печора – «Петшера», Обь – «Об», тогда как у ненцев – «Сале`»), причем из финноугорских языков они не объясняются. Это говорит о том, что и на крайнем Севере жили какие-то индоевропейские племена, язык которых был понятен новгородским путешественникам, и летописная печора – одно из них.
Таким образом, лапидарная информация летописи, подтвержденная другими источниками, становится говорящей.
Столь же важны в качестве материала для логических интерпретаций и ранние сведения по географии, такие как «Список русских городов дальних и ближних» (xiv в.) и «Книга Большому чертежу» (описание xvii в. карты xvi в.), но об этом будет сказано ниже.

3.1.2. Арабские, персидские и хазарские источники.

Как ни странно покажется на первый взгляд, они могут дать больше информации о северо-востоке Европы x – xiv вв., чем русские.

Молчание русских летописей этого времени о камских и вятских землях можно объяснить этническим (пассионарным) усилением черемисов, которые фактически разорвали связи Северо-востока с центрами русской государственности, где велось летописание. Марийцы (черемисы), по данным гидронимики, издавна жили в Вятско-Ветлужском междуречье (вероятно, эта народность возникла в конце i тысячелетия н.э, хотя их этногенез очень туманен). В x или xi веке сведения о черемисах попали в русские хроники, что может говорить об их активизации. Сухопутный путь из района Нижнего Новгорода на Вятку был непроходим даже в xvii веке из-за «воровства» черемисов в Вятско-Ветлужском междуречье. Еще на рубеже тысячелетий они, видимо, заняли луговой (северный) берег Волги, а мордва – горный (южный), причем воинственность обоих народов широко отражена в русских письменных источниках.

Северо-западный путь через бассейн Северной Двины (р. Юг – р. Молома, пр. пр. Вятки) был перекрыт либо черемисами, либо другим, неизвестным финноугорским народом, оставившим после себя ареал гидронимов с формантом –юг. Возможно, это была летописная чудь заволочская.

Появление Вятки в русских летописях можно объяснить разблокированием этого пути через Юго-Моломский переход, которое произошло, скорее всего, не благодаря новгородским ушкуйникам; они просто первыми воспользовались этим или же, что еще вероятнее, первыми попали в летописи. Главным фактором стало укрепление Великого Устюга и закладка целого ряда городков выше по реке Юг (Орлов, Осиновец, Сосновец и др.).

Но если население Вятки и Камы и не имело связей с Новгородом и Владимиро-Суздальской Русью, то это не значит, что оно не имело связей с цивилизованным миром вообще.
Основными транспортными путями в лесной зоне являлись реки. Стоит посмотреть на карту Восточно-Европейской равнины, как сразу бросается в глаза крупнейший речной «транспортный узел» - место слияния Камы и Волги. С запада к нему течет Волга, с севера – Вятка, с северо-востока – Кама, вбирающая в себя уральские реки, а на юг течет полноводный Итиль (Нижняя Волга). В устье Итиля было мощное государство – торговый и финансовый центр срединной Евразии – иудейская Хазария, от которой по Каспийскому морю прямой путь вел в древнюю Персию. В месте слияния Камы с Волгой самой природой предназначалось возникнуть торговому центру – и он возник. Это была Камская (или Волжская) Булгария.
С кем же было торговать населению Вятки? Через два волока с Новгородом или напрямую с Булгарией, имея выход через Булгарию на богатые арабские рынки? Ответ однозначен.
Новгородские купцы на Вятку и Каму не совались, хотя по Крайнему Северу доходили и до Сибири. По тогдашним понятиям, видимо, это была не их зона влияния, ее обходили стороной.

Мысль о тесных связях Вятки с Булгарией не нова. Она поставлена в основу топонимических изысканий известного вятского краеведа Д.М. Захарова (18, 19), который, по моему мнению, даже несколько преувеличивает влияние на Вятке Булгарии и булгарского языка. Но вот письменные источники, связанные с Булгарией, в плане отражения в них сведений о Вятке, Верхней и Средней Каме, кажется, не исследованы.

Булгария была хорошо известна в Персии, Хорезме и арабском мире, ее основными экспортными товарами были рабы и меха. Но сама Булгария эти товары, конечно, не «производила». Меха с запада в Булгарию в больших количествах поступать не могли: суздальцы и новгородцы сами рыскали за ними по северам чуть не до Енисея. Меха должны были поступать с севера или с северо-востока, т.е. по Вятке и Каме. Еще в i тысячелетии до н.э. место слияния Камы и Волги, Вятка, Кама и более северная Вычегда входили в один ареал культуры – ананьинской. То есть связи там были долгие и прочные – уходящие в глубь веков. Это подтверждает археология не только по ананьинскому, но и по более позднему времени.
В Булгарии не могли не знать о реке Вятке, которая впадает в Каму в полутора сотнях верст от ее столицы, города Булгар, и о Вятском крае, прилегавшем с севера к Булгарии. Непосредственно вблизи устья Вятки находились булгарские города (например, т.н. Чертово городище, 62). К сожалению, не было значительных письменных источников самой Булгарии, или они не сохранились. Но с начала x века Булгарию посещали арабские географы и путешественники, которые оставили интереснейшие географические и этнографические заметки, касающиеся, в том числе, славян и русов. Наверное, что-то, относящееся к Северо-востоку, можно найти и в хазарских источниках, поскольку одно время Булгария была в вассальной зависимости от Хазарского каганата.

Все дело в интерпретации. Конечно, если заранее считать, что Вятку, Верхнее и Среднее Прикамье, например, заселяли дикие финноугорские племена, то всё, противоречащее этому «очевидному» утверждению, будет признано недостоверным либо относящимся к другому региону. Вот пример одного из ранних свидетельств арабского географа ал-Истахри (930 – 933 гг.) в "Книге путей государств"(«Китаб масалик аль-мамалик»), опиравшегося на несохранившийся труд ал-Балхи (920 – 921 гг.) (перевод А.П. Новосельцева. 40. С. 411):
«Русов три группы. Одна группа их ближайшая к Булгару, и царь их сидит в городе, называемом Куйаба, и этот город больше Булгара. И самая отдаленная из них группа, называемая ас-Славийа, и третья группа их, называемая аль-Арсанийа, и царь их сидит в Арсе. И люди для торговли прибывают в Куйабу. Что же касается Арсы, то неизвестно, чтобы кто-нибудь достигал ее, так как ее жители убивают всякого чужеземца, приходящего в их землю. Лишь сами они спускаются по воде и торгуют, но не сообщают никому ничего о делах своих и своих товарах и не позволяют никому сопровождать их и входить в их страну. И вывозятся из Арсы черные соболя и олово (свинец?)… Эти русы торгуют с хазарами, Румом и Булгаром Великим».

Аналогичное сообщение имеется у Ибн Хаукаля. Оба эти свидетельства, как и другие аналогичные, восходят, по мнению исследователей, к популярному в арабо-персидском мире дорожнику (путеводителю) Ибн Хордадбеха, который написан, скорее всего, со слов купцов в 846 г., во всяком случае, не позднее 80-х годов ix в.
Общепринята точка зрения, что Куйаба – это Киев, а Славия – Новгородская земля (словене). Местоположение Арса и Арсании считается дискуссионным. Б. Рыбаков, считающий Новгород x века захолустным городком, исходя из своей киевоцентричной теории, поместил все три группы русов на Средний Днепр, в Киевскую землю (52. С. 110 – 116), отождествив Славию с Переяславлем, а Арсанию – с Роднем. Это предположение знаменитого историка очевидно противоречит арабскому тексту.

Во-первых, вся Киевская земля из далекого Булгара видится одной точкой, наблюдатель не будет выделять рядом расположенные объекты, удаленные на полторы тысячи верст.
Во-вторых, города, расположенные рядом, имеют примерно одинаковый ассортимент экспортных товаров. В тексте же особо выделены товары, вывозимые из Арса: черные соболя и олово. Откуда под Киевом черные соболя?! Конечно, жители Поднепровья могли быть посредниками, но везти соболей с Севера или из Сибири через Днепр? Менее сомнительно олово, его могли везти из Рудных гор (Крушне-Гори). Но почему только через «Арсанию», а не «Куйабу» и «Славию»? Да и далеко, и путь есть более близкий.

Можно сказать, что и на Вятке, и на Каме тоже нет промышленных месторождений олова. Но давайте вспомним, что еще в xv веке до н.э. в Среднем Прикамье был центр металлургии бронзы, для выплавки которой может использоваться олово (Турбинская культура). И в i тысячелетии н.э. прикамцы снабжали бронзовыми украшениями Европу (см. выше). Где-то они брали олово для выплавки бронзы? Не везли же из Британии и с Рудных гор? Как пишут исследователи древней материальной культуры А.В. Шмидт и А.А. Иессен, залежи олова на Урале известны с древних времен. Возможно, по их мнению, оловянная руда была доступна и в Северной России, в частности, в регионах Ладожского и Онежского озер и в бассейне Печоры. Но залежей олова не было в Средней и Южной России (80, с. 205 и далее).
Но мы отвлеклись от утверждения Рыбакова, располагающего Арс в Поднепровье. Наконец, третье и очень значимое возражение. Ал-Истахри прямо пишет о купцах Арса: «Они спускаются по воде». Из Поднепровья спускаться можно только в Черное море. Можно, конечно, подняться по притокам, через болота перевалить в окские притоки и спуститься до Булгара по Оке и Волге. Но зачем им было выбирать столь сложный путь, ведь сам Рыбаков подробно описал прямую сухопутную дорогу из Киева в Булгар, оборудованную специальными «истобами», своего рода почтовыми станциями, через каждые 70 км.
Знаменательно, что «арские князья» упоминаются и в русских, правда, более поздних источниках. В 1489 году Иван iii, послав громадную рать, привел к покорности вятские города, при этом «вятчан больших людей всех и с женами и детми изведоша, да и Арских князей». «А торговых людей вятчан же иных в Дмитрове посади, а арских князей пожаловал – отпустил их в свою землю» (Софийская ii летопись. Л. 321 об. 60. С. 326; также: Синодальная хроника). Причем, летописец различает вятчан и «арян»: «вятчан всех к целованию приведоша, и арян к роте приведоша» (Новгородская iv летопись. Л. 376. 39. С. 459; также: Софийская i и ii летописи). Где эта «своя земля» у арских князей – из летописи не вполне ясно, но, во всяком случае, не Днепр. Неясна из текста их религиозная принадлежность (ариане, мусульмане?), но, во всяком случае, не православные. Непонятно, аряне – это религиозная или этническая характеристика.

Арские леса и Арская дорога упоминаются в русских источниках и в связи с походом Ивана Грозного на Казань, и во многих других случаях. В Кировской области и в Татарии имеются несколько топонимов с основой «арс» (об этом ниже).

Тут надо сказать, что В.В. Бартольд передавал арабский пассаж о трех группах русских в несколько ином виде, считая его принадлежащим Ибн Фадлану (5. С. 836). У него не Арс, а Арт, не олово, а свинец (олово и свинец в x в. по-арабски писались одинаково). По всей вероятности, академик Рыбаков пользовался этим или другим старым переводом (работа Бартольда была написана в 1918 г.). А до войны было принято арабскую букву ﺙ (си или са) транскрибировать русской т, а не с. В действительности, буква ﺙ звучит, как глухой английский межзубный звук th, например, в слове month. Причем персидские авторы при передаче названия Арс использовали ту же букву ﺙ, которая по-персидски звучит, как русская с. Поэтому совершенно невероятным с точки зрения лингвистики представляется отождествление Рыбаковым Арса с Роднем. Правда, любопытно, почему арабский автор применил для обозначения этой группы русов букву, звучащую, как th. Соответствующий звук был и в тюркском языке. Как соотносится этот звук в древнетюркском с татарским xvi в. и как звучали тогда интересующие нас топонимы, остается предметом для дальнейших исследований.

Обитание «русов» к северу от Булгара не должно удивлять. Во-первых, возможно, это не этническая или не вполне этническая характеристика. Арабы отличают русов и славян (сакалиба), правда, есть сообщения, что русы разговаривают по-славянски, в других случаях это понятно по тому, что разговор идет через переводчика-славянина. Во-вторых, в знаменитом арабо-персидском анонимном географическом трактате второй половины x в. «Худуд ал-Алам» упомянута Кух-е рус «Русская гора» к северу от булгар-е андарун «внутренних булгар» (77. Перс. текст. – л. 38а; перевод В.Ф. Минорского – с. 160). Из контекста понятно, что речь идет о камских булгарах (по А.П. Новосельцеву: 40. С. 373). Скорее всего, речь идет о горах Северного Урала, которые у арабов и персов считались «русскими».

Сообщают арабские авторы x века и о торговле Булгара с городом, название которого прочитывается как в…нтит и в…т, где точками заменены пропущенные гласные (36). Подробно пишет о стране Ва…т (Ва…ит) Ибн Русте в сочинении «ал-А’лах ан-нафиса» (по А.П. Новосельцеву. 40. С. 387), сообщая, что она находится «в самом начале пределов славянских» (от Булгара?). Персидский географ Гардизи сообщает о городе Вантит в переводе Новосельцева несколько по-другому: он находится «на крайних пределах славянских» (там же, с. 390). Эти свидетельства, также, как и сведения о русах и Арсе, восходят, видимо, к дорожнику Ибн Хордадбеха (ix в.).

Хазарский царь Иосиф (x в.) в своей знаменитой переписке с евреями перечисляет народы, живущие по реке Итиль. В их числе – «в-н-н-тит». (23. Сс. 91 – 102).
Принято считать эти названия относящимися к земле вятичей (см., например, Петрухин В.Я. и Раевский Д.С. 44. С. 169). При этом Петрухин и Раевский не обратили внимания, что Итилем хазары и булгары называли Каму и Нижнюю Волгу или Белую, Нижнюю Каму и Нижнюю Волгу, а Верхнюю Волгу считали ее притоком. Царь Иосиф прямо пишет: «Я живу у реки по имени Итиль… Начало реки обращено к востоку на протяжении 4 месяцев пути». Ясно, что это не Волга, а именно Белая, приток Камы, которую Иосиф считал истоком Итиля. А вятичей вряд ли можно назвать живущими по Белой и Каме. Вятчане, напротив, живут как раз рядом с древним Итилем, то есть Камой.

Вятичи, группа восточнославянских племен, обитавших в верховьях Оки и по ее притокам.

Тут нужно сделать лингвистическое отступление. Русское я в сильной позиции после согласного появилось на месте общеславянского е носового (ę). В балтийских и западноевропейских языках ему закономерно соответствует en, например:
мясо – mensa (прусс.)
вязать – vęzeł (польск. – «вензель»)
пять – πεντε (греч.)
бляду (др.-рус. – «заблуждаюсь») – blendžiuos (лит. – «темнею»).

Следовательно, корню вят- предшествовал корень vęt- и соответствует балтийский корень vent- (сравните: вятичи – венеты). Также и топониму Вятка соответствуют многочисленные балтийские топонимы с основой vent-, например, Вентспилс на реке Венте.
Следовательно, в…нтит и ва…т – это две формы одного имени: балтийская (либо другая европейская) и восточнославянская.
Топоним в…нтит - ва…т, конечно, в принципе, может относиться к земле вятичей, но с большим основанием по географическим ориентирам он может относиться и к Вятке, особенно если учесть, что на Вятской земле обитали, как мы увидим в дальнейшем, и балтийские племена, которые могли передать название города или страны в форме в…нтит.
Во всяком случае, арабские, персидские и хазарские источники надо вновь прочитать, внимательно и непредвзято. Весьма вероятно, что откроется много тайн.

Сергей Ухов

22 апреля 2006 г.

svu_nn@bk.ru


Сокращения

англ. английский
балт. прабалтийский или общебалтийский
бас. бассейн
блр. белорусский
болг. болгарский
валл. валлийский (уэльский)
вар. вариант
вепс. вепсский
ВУАК Вятская ученая архивная комиссия
вятск. вятский
гаэл. гаэльский (гэлский, шотландский)
гот. готский
греч. греческий
диал. диалектный
др.-в.-нем. древневерхненемецкий
др.-герм. древнегерманский
др.-инд. древнеиндийский
др.-исл. древнеисландский
др.-корн. древнекорнуэльский (корнский)
др.-перс. древнеперсидский
др.-рус. древнерусский
др.-слав. древнеславянский
ж. р. женский род
жем. жемайтский диалект литовского языка
и.-е. праиндоевропейский (общеиндоевропейский)
ирл. ирландский
исл. исландский
ит. итальянский
кр.-тат. крымско-татарский
Л. лист
лат. латинский
лев. пр. левый приток
лит. литовский
Лл. листы
лтш. латышский
м.р. мужской род
мар. марийский
мест. пад. местный падеж
н. нынешний
нем. немецкий
нор. норвежский
об. оборот
о.-с. общеславянский (праславянский)
перс. персидский
польск. польский
пр. приток
пр. пр. правый приток
прус. древнепрусский
рус. русский
рус.-цслав. язык церковнославянских памятников русского извода
С. страница
саам. саамский
серб. сербохорватский
словен. словенский
ср. сравните
Сс. страницы
ст.-англ. староанглийский
ст.-слав. старославянский
тадж. таджикский
тохар. Б тохарский Б
удм. удмуртский
укр. украинский
фин. финский
фр. французский
тат. татарский
тюрк. тюркский
цер.-сл. церковнославянский
чеш. чешский
чув. чувашский
pag. административная единица в Латвии
Написание р. Бисерть (пр. пр. Уфы, пр. пр. Белой, лев. пр. Камы) означает: «река Бисерть, правый приток Уфы, правого притока Белой, левого притока Камы).
Написание через точку с запятой: рр. Вишера (пр. Волхова; пр. Вычегды; пр. Камы) означает «реки Вишера, притоки Волхова, Вычегды и Камы».

Список литературы

1. Абаев В.И. «Скифо-европейские изоглоссы»\ На стыке Востока и Запада. М. 1965
2. Агеева Р.А. «Происхождение имен рек и озер». М. 1985
3. Агеева Р.А. «Гидронимия Русского Северо-Запада как источник культурно-исторической информации». М. Наука, 1989
4. Артамонов М.И. «Вопросы расселения восточных славян и советская археология»// Проблемы всеобщей истории. Л. Изд. ЛГУ. 1967
5. Бартольд В.В. «Арабские известия о русах». //Сочинения. Том ii. Ч. 1. М. 1963
6. Боси Р. /roberto bosi/ «Лапландцы». Перевод. М. 2004
7. Будимир М. «protoslavica»// Славянская филология. Сб. статей. ii. М. 1958
8. Вернадский Г.В. «История России. Древняя Русь». Тверь – М. 2000
9. Вершинин Е.А. «Повесть о земле Тужинской». Котельнич. 2006
10. Галкин И.С. «Топонимика Марийского края в связи с вопросом происхождения марийского народа»// Происхождение марийского народа. Йошкар-Ола. 1957
11. Галкин И.С. «Основные типы топонимов на территории Марийской АССР»// Вопросы финноугорской ономастики. Ижевск. 1989
12. Генинг В.Ф. «Азелинская культура iii – v вв.». Ижевск. 1963/ Вопросы археологии Урала. Вып. 5
13. Гимбутис М. «Балты». Перевод с англ. М. 2004
14. Гордеев Ф.И. «О поздних сарматских заимствованиях в восточнофинских языках»// Вопросы финно-угроведения. Вып. 5. Йошкар-Ола. 1970
15. Грамота великого князя Ивана Васильевича на Вятку… Труды ВУАК. Вып. 3. Вятка. 1905
16. Дебец Г.Ф. «О путях заселения северной полосы Русской равнины и Восточной Прибалтики»// Советская этнография. 1961. №6
17. Жучкевич В.А. «Общая топонимика». Минск. 1980
18. Захаров Д.М. «Краткий топонимический словарь Кировской области». Киров. 1988
19. Захаров Д.М. «Серебряная Вятка». Киров. 1990
20. Зеленин Д.К. «Принимали ли финны участие в образовании великорусской народности?»// Труды Ленинградского общества исследователей культуры финно-угорских народностей. Вып. 1. 1929
20а. История Коми. Т. i. Сыктывкар. 2004
21. Книга Большому чертежу. Подготовка к печати и редакция К. Н. Сербиной. М.—Л. 1950
22. Ковалевский А.П. «Книга Ахмеда Ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921 – 922 гг.». Харьков. 1956
23. Коковцов П.К. «Еврейско-хазарская переписка в x веке». Л. 1932
24. Корнилов Г.Е. «Пробные статьи этимологического словаря собственных имен Поволжья и сопредельных территорий» и «Продолжение…»// Диалекты и топонимия Поволжья. Чебоксары. Вып. 2. 1973 и вып. 3. 1975
25. Кривощекова-Гантман А.С. «Гидронимия коми-пермяцкого происхождения в Прикамье»// Географические названия Прикамья. Пермь. 1968
26. Кривощекова-Гантман А.С. «Откуда эти названия?». Пермь. 1973
27. Лаврентьевская летопись// ПСРЛ. Т. i. М. 1997
28. Мавродин В.В. «Происхождение русского народа». Л. 1979
29. Макаров Л.Д. «Русские поселенцы на берегах Вятки»// Энциклопедия земли Вятской». Т. 4. Киров. 1995
30. Макарова Л.Н. «Древние наименования города Кирова». Рукопись. Киров. 1984
31. Матвеев А.К. «Топонимические типы Верхнего и Среднего Прикамья»// Отчеты Камской (Воткинской) археологической экспедиции Института археологии АН СССР. Вып. 2. 1961
32. Матвеев А.К. «Угорская гипотеза и некоторые проблемы изучения субстратной топонимики Русского Севера»// Вопросы финно-угроведения. Вып. 5. Йошкар-Ола. 1970
33. Матвеев А.К. «Из истории изучения субстратной топонимики русского Севера»// Вопросы топономастики. №5. Свердловск. 1971
34. Матвеев А.К. «Вверх по реке забвения». Рассказы о географических названиях. Свердловск. 1992
35. Матвеев А.К. «Географические названия Тюменского Севера». Екатеринбург. 1997
35а.Мейе А. «Общеславянский язык». Пер. со 2-го фр. изд. 2-е изд. М. 2001
35б.Миллер В.Ф. «Осетинские этюды». Ч. iii.// Ученые записки Московского университета. Отдел историко-филологический. 8. 1887
36. Минорский В.Ф. «История Ширвана и Дербенда». М. 1963
37. Мокшин Н.Ф. «Этническая история мордвы». Саранск. 1977
38. Нерознак В.П. «Названия древнерусских городов». М. 1983
39. Новгородская iv летопись. // ПСРЛ. Т. iv. Ч. 1. М. 2000
40. Новосельцев А.П. «Восточные источники о восточных славянах и руси vi – xi вв.»// Древнерусское государство и его международное значение. М. 1965
41. Образование севернорусского наречия и среднерусских говоров. По материалам лингвистической географии. М. 1970
42. Откупщиков Ю.В. «Балтизмы в русских диалектах и некоторые вопросы этногенеза балтов»// Конференция «Проблемы этногенеза и этнической истории балтов»: Тезисы докладов. Вильнюс. 1981
43. Откупщиков Ю.В. «Очерки по этимологии». СПб. 2001
44. Петрухин В.Я., Раевский Д.С. «Очерки истории народов России в древности и раннем средневековье». М. 2004
45. Повесть о стране Вятской. Издание и комментарии А.С. Верещагина. Вятка. 1905. Свод летописных известий о Вятском крае. Сост. А.А. Спицын. Вятка.1883. Переиздание. Киров.1993
45а Повесть о стране Вятской// Труды ВУАК. Вятка. 1905. Вып. 3. Отд. 2. С. 1 - 97
46. Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 25 М.-Л. 1949
47. Попов А.И. «Географические названия». Введение в топонимику. М.-Л. 1965
48. Порциг В. «Членение индоевропейской языковой области». М. 1964
49. Поспелов Е.М. «О балтийской гипотезе в севернорусской топонимике»// Вопросы языкознания. 1965. №2
50. Роспонд С. «Структура и стратиграфия древнерусских топонимов// Восточнославянская ономастика. М. 1972
51. Русинов Н.Д. «Этническое прошлое Нижегородского Поволжья в свете лингвистики». Н. Новгород. 1994
52. Рыбаков Б.А. «Рождение Руси». М. 2004
53. Серебренников Б.А. «Волго-Окская топонимика на территории Европейской части СССР»// Вопросы языкознания. 1955. №6
54. Синицын И. «Сарматские курганные погребения в северных районах Поволжья»// Сборник Нижне-Волжского краевого музея. Саратов. 1932.
55. Смирнов И.Н. «Вотяки». Историко-географический очерк. Казань. 1890
56. Смирнов И.Н. «Черемисы». Историко-географический очерк. Казань. 1899
57. Смолицкая Г.П. «Гидронимия бассейна Оки». Список рек и озер. М. 1976
58. Смолицкая Г.П., Горбаневский М.В. «Топонимия Москвы». М. 1982
59. Соболевский С.И. «Древнегреческий язык». М. Репринт. 2003
60. Софийская ii летопись// ПСРЛ. Т. vi. Вып.2. М. 2001
61. Спасский Г.И. «Книга, глаголемая Большой чертеж». М. 1846
62. Спицын А.А. «Приуральский край. Археологические розыскания о древнейших обитателях Вятской губернии»// Материалы по археологии Восточных губерний России. Вып. 1. М. 1893
63. Тихомиров М.Н. «Список русских городов дальних и ближних»// Тихомиров М.Н. «Русское летописание». М. 1979
64. Топоров В.Н., Трубачев О.Н. «Лингвистический анализ гидронимов Верхнего Поднепровья». М. 1962
65. Топоров В.Н. ««baltica» Подмосковья»// Балто-славянский сборник. М. 1972
66. Топоров В.Н. «К реконструкции древнейшего состояния праславянского языка»// x Международный съезд славистов: Славянское языкознание. М. 1988
67. Третьяков П.Н. «Волго-окская топонимия и некоторые вопросы этногенеза финно-угорских народов Поволжья»// Советская этнография. 1958. №4
68. Третьяков П.Н. «У истоков древнерусской народности»// Материалы и исследования по археологии СССР. 179. Л. 1970
69. Трубачев О.Н. «Лингвистическая география и этимологические исследования». Вопросы языкознания. 1959. №1
70. Трубачев О.Н. «Этногенез и культура древнейших славян». 2-е изд., дополн. М. 2003
71. Уо Д. «История одной книги». СПб. 2003
72. Формозов А.А. «Древнейшие этапы истории Европейской России». М. 2002
73. Хабургаев Г.А. «Этнонимия «Повести временных лет»». М. 1979
74. Халиков А.Х. «Этническая принадлежность племен ананьинской общности»// Вопросы финно-угроведения. Вып. v. Йошкар-Ола. 1970
75. Халикова Е.А. «К вопросу об этнической принадлежности ломоватовских и раннеродановских памятников Верхнего Прикамья»// Вопросы финно-угроведения. Вып. v. Йошкар-Ола. 1970
76. Херрман Й. «Славяне и норманны в ранней истории Балтийского региона» // Славяне и скандинавы. Перевод с нем. М. 1986
77. «Худуд ал-Алам». Л. 1930
78. Цветков С.Э. «Русская история». Кн. i. М. 2003
79. Чебоксаров Н.Н. «К вопросу о происхождении народов угро-финской языковой группы»// Советская этнография. 1952. №1
80. Шмидт А.В., Иессен А.А. «Олово на севере европейской части СССР»// Известия Государственной Академии истории материальной культуры. 110. 1935
81. Эммаусский А.В. «Вятка в xii – xv веках»// Энциклопедия земли Вятской. Т. iv. Киров. 1995
82. Эммаусский А.В. «История Вятского края в xii – середине xix веков». Киров. 1996
83. Энциклопедия земли Вятской. Т. 4. История. Киров. 1995
84. Энциклопедия земли Вятской. Т. 8. Этнография, фольклор. Киров. 1998
85. Эря-Эско А. «Племена Финляндии»// Славяне и скандинавы. Пер. с немецкого. М. 1986
86. boardman j. “excavations in chios 1952 – 1955”. oxford. 1967

Словари и справочная литература

87. Большая советская энциклопедия в 30-ти томах (БСЭ). М. 1970-77/ Электронная версия. Научное издательство «Большая Российская энциклопедия». М. 2003
88. Большая энциклопедия в 22-х томах. СПб. Т-во «Просвещение». 4-е изд. 1905 – 1909
89. Великий сучасний українсько-російський російсько-український словник-довідник. Донецьк. 2005
90. Ганжина И.М. «Словарь современных русских фамилий». М. 2000
91. Гессен Д., Стыпула Р. „Большой польско-русский словарь”. В 2-х т. 2-е изд., испр. и доп. М.-Варшава. 1980
92. Даль В.И. „Толковый словарь живого великорусского языка”/ media world (cd)
93. Кировская область. Административно-территориальное устройство. Киров. 1998
94. Латышско-русский словарь. Коллектив авторов. 3-е изд. Рига. 1974
95. Маковский М.М. «Этимологический словарь современного немецкого языка». М. 2004
96. Матерiалы для объяснительнаго областного словаря вятскаго говора Н.М. Васнецова. Вятка. 1907/ Репринт. Киров. 1995
97. Морохин Н.В. «Нижегородский топонимический словарь». Н. Новгород. 1997
98. Мурзаев Э.М. «Словарь народных географических терминов». М. 1984
99. Народы России. Энциклопедия. М. 1994
100. Никонов В.А. «Краткий топонимический словарь». М. 1966
101. Поспелов Е.М. «Географические названия мира». Топонимический словарь. 2-е изд. М. 2002
102. Розенталь Д.Э, Теленкова М.А. «Словарь-справочник лингвистических терминов». Изд. 3-е, исп. и доп. М. 1985
103. Словарь русских народных говоров. Л. Вып. 12-13. 1977; вып. 15. 1979; вып. 17. 1981; вып. 19. 1983 и др.
104. Список населенных мест по сведениям 1859 – 1873 гг. Т. 10. Вятская губерния. СПб. 1876
105. Толстой И.И. «Сербскохорватско-русский словарь». 5-е изд. М. 1982
106. Топоров В.Н. «Прусский язык». Словарь. М. Т.1. 1975; Т. 2. 1979
107. Фасмер М. «Этимологический словарь русского языка». Пер. и доп. О.Н. Трубачева. Т. i – iv. 1964 – 73/ ИДДК. 2004 (cd)
108. Черных П.Я. «Историко-этимологический словарь современного русского языка». В 2 т. 5-е изд. М. 2002
109. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона в 86-ти томах. СПб. 1890 – 1907/ М. Адепт (ИДДК). 2003 (dvd)
110. Этимологический словарь русского языка. Вып. 1 – 8. Под ред. Н.М. Шанского. М. 1963-82
111. abbyy lingvo 9,0. Популярный электронный словарь. xiph. org. foundation. 2003 (cd)
112. harper d. “the online etymology dictionary”. 2001 november
113. macbain a. «an etymological dictionary of the gaelic language». glasgow. gairm publications. 1982
114. pokorny j. «indogermanisches etymologisches wörtebuch». bern. 1959

Картография

1. Вологодская область. Общегеографический региональный атлас. 1 : 200 000. М. ФГУП «439 ЦЭВКФ» МО РФ. 2001
2. Все карты России 2005/ Большая энциклопедия географических карт. ИДДК. М. 2005 (cd)
3. Карта мира 2005/ Большая энциклопедия географических карт. ИДДК. М. 2005 (cd)
4. Киров и окрестности. Общегеографическая карта. 1 : 200 000. М. ГУГК СССР. 1991
5. Кировская область. Топографическая карта. 1 : 200 000. М. ФГУП «439 ЦЭВКФ» МО РФ. 2000
6. Костромская область/ Административные карты Российской Федерации. 1: 500 000. М. Роскартография. 2002
7. Нижегородская область. Атлас. 1 : 200 000. Н. Новгород. Верхневолжское геодезическое предприятие. 2002
8. Республика Коми/ Общегеографические карты Российской Федерации. 1: 1 000 000. М. Роскартография. 1995
9. Республика Марий Эл/ Общегеографические карты Российской Федерации. 1: 200 000. М. Роскартография. 1995
10. Республика Татарстан. Топографическая карта. 1 : 200 000. М. ФГУП «439 ЦЭВКФ» МО РФ. 2-е изд., доп. и обн. 2000
11. СНГ и Балтия 2005/ Большая энциклопедия географических карт. ИДДК. М. 2005 (cd)
12. Удмуртская республика. Общегеографический региональный атлас. 1 : 200 000. М. ФГУП «439 ЦЭВКФ» МО РФ. 2003
13. Чувашская республика – Чувашия. Атлас. 1 : 200 000. Н. Новгород. Верхневолжское геодезическое предприятие. 2002


      Продолжение: История Вятки как часть этнической истории восточной Европы. Часть 2

      Сергей УХОВ,
      действительный член Русского географического общества при РАН
Источник: www.nashavyatka.ru
.:: Статистика ::.
Пользователи
HTTP: 5
IRC: 3
Jabber: 0
( состояние на 11:06 )
ADSL-газета: Ежедневно свежие анекдоты, гороскоп, погода, новости, ТВ-программа, курс валют

Интересности из Интернета: Интересные статьи на разнообразные темы, найденные на просторах интернета

Компьютерная консультация

Единый личный кабинет