Проблемы при регистрации на сайте? НАЖМИТЕ СЮДА!                               Не проходите мимо весьма интересного раздела нашего сайта - проекты посетителей. Там вы всегда найдете свежие новости, анекдоты, прогноз погоды (в ADSL-газете), телепрограмму эфирных и ADSL-TV каналов, самые свежие и интересные новости из мира высоких технологий, самые оригинальные и удивительные картинки из интернета, большой архив журналов за последние годы, аппетитные рецепты в картинках, информативные Интересности из Интернета. Раздел обновляется ежедневно.                               Всегда свежие версии самых лучших бесплатных программ для повседневного использования в разделе Необходимые программы. Там практически все, что требуется для повседневной работы. Начните постепенно отказываться от пиратских версий в пользу более удобных и функциональных бесплатных аналогов.                               Если Вы все еще не пользуетесь нашим чатом, весьма советуем с ним познакомиться. Там Вы найдете много новых друзей. Кроме того, это наиболее быстрый и действенный способ связаться с администраторами проекта.                               Продолжает работать раздел Обновления антивирусов - всегда актуальные бесплатные обновления для Dr Web и NOD.                               Не успели что-то прочитать? Полное содержание бегущей строки можно найти по этой ссылке.                              

Русский Турек: не нужен нам берег турецкий

Старинному вятскому селу в 2009 году исполнилось 550 лет

Справка:

На территории сельского округа находится три населенных пункта: село Русский Турек, деревни Дергачи, Кизерь. В Русском Туреке насчитывается 493 домохозяйства - 1452 жителя, в Дергачах - 46 (127), в д. Кизерь - 118 (347).

Социальный состав населения сельского округа составляет: работающих - 590, пенсионеров - 832, в том числе участников Великой Отечественной войны - 8, детей в возрасте до 16 лет - 307, количество безработных - 197 человек.

На территории округа находится областной детский санаторий, где трудится 231 человек.

Здесь работает психоневрологический дом-интернат, где трудится 97 человек, обслуживают 105 обитателей. В учреждении есть подсобное хозяйство (коровы, молодняк КРС), продукцию животноводства используют на питание. Имеется земля, где выращиваются овощи, разбит сад.

Транспортное сообщение с Уржумом нерегулярное. В райцентр ездят на проходящих автобусах, а до остановки от Русского Турека нужно идти 3 километра, так добираются до ЦРБ г. Уржума больные, пенсионеры, инвалиды, матери с детьми.

Работают средняя школа на 320 мест, где обучается 166 учеников, детский сад, который посещает 21 ребенок.

На столе у главы сельского поселения Василия Андреевича Домнина - красочное приглашение: “Приглашаем вас на торжества, посвященные 550-летию села. Праздник состоится на улице Пристанской, на берегу реки Вятки”.

- Бюджет поселения всегда дефицитный, - говорит Василий Андреевич, - из основных предприятий и учреждений остались филиал хлебоприемного предприятия, психоневрологический интернат, санаторий. Раньше был крепкий колхоз, теперь он в стадии банкротства - разбирают фермы, теплые стоянки...

Однако В.А. Домнин не унывает - это не в его речном характере (он капитан-механик судов). И в будущее, как говорится, смотрит с оптимизмом: “Надо не забывать землю”. Вот с такой ноты накануне юбилея красивого вятского села мы и начали разговор о его прошлом и настоящем.

Как путаницы с названиями избежали

(из исторической справки)

Как свидетельствуют документы, первоначально это была малюсенькая деревушка, основанная марийцами. Речку, на которой они поселились, назвали Турек, а потом и свою деревню стали именовать так же. Позднее, согласно существующей легенде, с верховьев реки Вятки пришли русские.

Долгое время Турек оставался деревней. Как известно, деревня переходит в разряд сел с появлением Божьего храма. Но Турек - староверское поселение. Церковь была открыта лишь в 1894 году. В марте 1895 года новую церковь освятили во имя Святого Духа.

Но совсем рядом, на марийской земле, был еще один Турек, это тоже село. И пока они находились в разных статусах, все было нормально. Однако два села с одинаковым названием могли привести к путанице. Тогда и принимается решение о том, чтобы “новооткрытое село было поименовано Русский Турек”. Произошло это 5 декабря 1897 года.

В XX веке в селе появляются библиотека, открытая в 1910 году на деньги Петра Петровича Корепина; нефтебаза; межколхозный роддом, который работал с 1936 года до начала 60-х; детский санаторий “Русский Турек” и психоневрологический дом-интернат; хлебоприемное предприятие; пристань, услугами которой еще до революции пользовались купцы и простые жители города Уржума.

Но история самого главного учреждения, без которого немыслима жизнь села, начинается в 1871 году. Именно тогда было написано заявление на разрешение открытия школы. Через год начинает работу частная школа “Турекское домашнее слово”, первым учителем которой был Николай Васильевич Стародумов.

Русский Турек - село с богатыми литературными традициями. В 1936 году в Туреке побывал Александр Трифонович Твардовский. Его родители жили здесь несколько лет под фамилией Тарасовы. Отец, Трифон Гордеевич, был отличным кузнецом и работал в кузнице. Мать, Мария Митрофановна, и старшая сестра, Мария, работали в заготзерне, младшие сестра и брат учились в школе. Александр Трифонович прожил в Туреке около двух недель. За это время он познакомился со многими местными жителями, побывал в школе на уроках литературы у Нины Еремеевны Осиповой, где беседовал с детьми, слушал чтение стихов.

Истинные любители поэзии знают и любят Маргариту Чебышеву. Многое связывает поэтессу с Уржумским районом - селами Шурма, Буйское и Русский Турек, где Рита Путинцева некоторое время училась в школе.

В селе живет и работает прозаик, поэт и художник Валерий Николаевич Казаков, член Союза писателей России.

По морям и по волнам

У Василия Андреевича вся жизнь связана с океанами, морями да реками. Служил на Тихом океане (о. Русский) на десантном корабле.

“У нас экипаж был - одна семья”. Как-то они попали в историю - их бросило на скалы. Мостик разрушило, и капитан оттуда убежал. Критическую ситуацию выправил Домнин: дал задний ход, починил штурвал.

Сам он живет в Русском Туреке 30 лет. Говорит, жили раньше хорошо, как при коммунизме: не было безработных, все получали зарплату. Ему пришлось “походить” по разным рекам - Волге, Каме, Вятке. Сплавляли плоты, перевозили другие грузы.

- Грузооборот по Русскому Туреку составлял до полумиллиона рублей, - говорит В.А. Домнин. - В Москву отправляли 49 тысяч тонн зерна. Кирпич, удобрения, продукты питания... Работа шла круглосуточно, трудились до двухсот человек.

Была здесь и нефтебаза. Как только предприятию исполнилось 100 лет, его закрыли. Цистерны разрезали.

- Был я и начальником пристани, - вспоминал Домнин. - За сезон в общей сложности до пятисот тысяч пассажиров отправляли на “Заре” и теплоходах. Маленькие пристани были в каждом селе. Приходит теплоход - у людей праздник. Играла музыка, шла бойкая торговля. Билет на “Зарю” до Вятских Полян, к примеру, стоил 4 рубля.

Духовностью и спасемся...

Заговорили о будущем села. Василий Андреевич сказал, что молодые уезжают на заработки в Москву, Казань, на Север. Некоторые там женятся, остаются. Однако в последнее время выпускники вузов все-таки на родину возвращаются. Правда, меняют квалификацию, в бизнес идут.

- Но, может, духовностью спасемся? - неожиданно меняет тему глава и показывает на скромного селянина. - Это наш церковный староста. Благодаря ему и энтузиастам у нас храм возродился...

Александр Яковлевич Чекалкин - заместитель директора психоневрологического интерната, по совместительству церковный староста, показал нам небольшой, в деревянном исполнении, храм.

- В 40-м году прежний храм у верующих отняли и засыпали зерном, - рассказывает он. - Он горел дважды, а в 93-м боженька его все-таки прибрал - здание сгорело полностью. Здесь было пепелище, горы мусора, камни, кусты. А потом решили его возродить.

Написали объявление, думали: никто не придет. Но пришли 70 человек, в том числе и школьники. Завалы разобрали, на месте бывшего храма установили поклонный крест. А в сентябре 2004-го службы уже начались в новом храме. Но верующие не оставляют надежды, что на месте старого все-таки возродится прежний храм. Говорят, когда он горел, никто не слышал треска, не видел дыма. Горел восемь часов, тихо, как свечка...

Приезжайте к нам!

...Перед нашим отъездом В.А. Домнин привел нас на берег, на то место, где была пристань.

- Вот там торговали пивом, рыбой, играла музыка...

Сейчас о былом напоминают лишь ступеньки, идущие к реке. Рядом - дом главы, а напротив - четыре пепелища. Случился пожар, ветер гнал его с дома на дом. Их спасти не удалось. Дом главы поселения едва уцелел.

Посмотрел я на красивейшую округу и подумал: “А что, может, и махнуть в Русский Турек, красивое вятское село, где всем хорошим людям искренне рады?!”


Александр ШИРОКОВ.

Источник: "Вятский край"


Записки о селе Русский Турек

За поворотом, на огромном пространстве речного песка, вдруг открывается картинка в духе времен ностальгических, советских: масса людей в купальных костюмах, соревнования по пляжному волейболу, массовик-затейник тянет женщин на конкурс прыжков на одной ноге, дети строят дворцы из песка, а возле прибрежных кустов уже накрывают... Все это особенно непривычно видеть на селе, в разгар уборочной страды.

Но недоумение разрешается быстро: чуть приблизившись, на автобусах, привезших отдыхающих, вижу таблички: «Ройский спиртзавод». Большой Рой – это село неподалеку. Спирт оттуда везут в Уржум на вино-водочный завод, где делают «уржумку» – недорогую водку, известную простому народу всех окрестных областей. Продали спирт, теперь можно и культурно отдохнуть.

Русло медленно скручивается в два рукава, течение ускоряется, река раздваивается – фарватер стремительно уходит влево, а нам направо – к Русскому Туреку. И вот из-за косы показываются космические цилиндры из блестящего металла – нефтебаза, еще какие-то производственные строения, ветерок доносит агрегатное урчание, за деревьями вдоль берега ползет транспорт – это так не характерно для молчащих берегов Вятки, что кажется: жизнь бьет здесь ключом.

Крупными буквами: «РУССКО-ТУРЕКСКОЕ ХЛЕБОПРИЕМНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ».

Совместное с турками, что ли? – проносится в голове мысль, но лишь на мгновение. Глядя на курящих у ворот мужичков, с ехидством понимаешь, что «русско-турекские» здесь и сельсовет, и школа. И русско-турекская «Рюмочная» недалеко от проходной – самое стабильно работающее в селе предприятие, открытое аж с 7 до 24 часов. Не случайно именно рядом с рюмочной на столбе приколочено объявление: «Антикварный магазин покупает старинную одежду, самовары, фарфор, награды, монеты, иконы, колокольчики...» Видно, есть что еще спускать в старинном селе.

Хлебоприемное предприятие стоит на берегу – когда-то ссыпали зерно со складов прямо в трюмы пароходов. «Раньше, знаете, какие очереди из машин с зерном стояли во время уборки!? – разведя руки, словно показывая гигантскую рыбу, говорит мне водитель на местной автозаправке. – На несколько километров очередь растягивалась. А теперь...»

Выясняется, что нефтебаза тоже практически не работает: «космические» емкости стоят сухими, и только в одной на донышке теплится жизнь – рядом функционирует кое-как бензозаправка. До оживленной трассы отсюда километров пять – машины проносятся стороной. А к берегу реки, куда ведет нефтепровод, теперь не подберешься и на байдарке, не то что на танкере – возле обрыва лишь сонная протока струится, живая благодаря впадающей в нее не то речке, не то ручейку. Протоку коровы переходят вброд и пасутся на острове. Основное же русло вот уже несколько лет как ушло от села. А с ним ушла и речная жизнь.

Принято считать, что Вятка сильно обмелела и во многих местах изменила русло из-за неумеренной вырубки лесов. Это, конечно, так. В том же Русском Туреке старожилы рассказывают, что еще перед войной от села до тракта было страшно ходить: в чащобах бродили медведи, волки. И вообще, кругом тайга стояла, на север – аж до тундры, на юг – сосновые леса тянулись до самого впадения Вятки в Каму (это территория нынешней Татарии, а прежде – Вятская земля).

Теперь окрест поля, поля да редкие рощицы – словом, лесостепь. Отступил Север и словно бы оголил вятчан. Неуютно им стало, пришлось ломать образ жизни. Широкий северный житель, сочетавший в себе лесного человека и землепашца, превратился в чистого земледельца. Но это полбеды, что себя пришлось ломать. Природу-то не обманешь. Края эти – «зона неуверенного земледелия». Земля каждый год рожать не привыкла, и без опоры на лес худо здесь стало жить крестьянину.

Впрочем, от местных жителей я слышал и о другой причине – почему Вятка «испортилась». Говорят, что произошло это из-за неуемной и неумелой – где попало – добычи донного гравия. От этого и стерлядь пропала, и песчаные косы на реке образовались там и тут – река обмелела и изменила русло.

Близ Турека мы столкнулись – единственный раз за неделю путешествия – с активной жизнью на реке. Два буксира толкали вверх по течению самоходную баржу, ставшую, по-видимому, от ветхости несамоходной, на металлолом. Нет, впрочем, встретился еще паром близ Малмыжа. И все...

Вспоминаю детские годы. В летнюю пору мы с родителями месяцами жили у излучины Вятки, напротив ныне умершего села Атары. На такой каменистой «сковородке» (так это место и звали). В ту пору то и дело сверху по течению то опускалась, то снизу поднималась «Заря», мелькали скоростные «Зарницы», днем ползли по реке буксиры, тянули баржи и плоты; за несколько километров были слышны водометы рыбинспекции, а по ночам звенели моторы рыбаков, ставящих сети, бормоча, проползали разноцветные огни «гэтээмок».

Особенно запомнились из детства колесные буксиры, грудастые, выкрашенные половой коричневой краской, – их шлепанье можно было услышать задолго до появления из-за поворота, и мы, смотав удочки, торопились подальше отплыть с фарватера: за колесниками далеко тянулась такая необычная, высокая, с бурунами поперечная волна, которая могла легко перевернуть наши лодчонки. И вот мы, дети, прижавшись к берегу, сидим и смотрим, как с брызгами и дымом колесник торжествующе шествует мимо нас, а на палубе лениво стоят загорелые матросы – мы так завидовали им... Широко жили тогда на реке.

Рассказывают, последний такой «колесник» несколько лет назад продали куда-то в Европу – должно быть, стоит он, старик, где-нибудь у причала, переоборудованный под экзотический ресторан, и неслышно плачет по берегам родной Вятки.

Что-то всерьез надломилось на исходе века. Несет себе воды Вятка. Живут по берегам вятчане. Они у нее рыбку тягают, она у них – каждый год от берега откусывает. А соработничества, живой жизни не стало.

Русская судьба Турека

Есть несколько версий, почему это селение называется так. Наиболее распространенная – от названия впадающей здесь в Вятку речки с марийским названием Турек. А уж само слово это – имя языческого марийского божка и переводится как «хозяин воды».

Сколько веков в этом месте жили удмурты и марийцы, не скажет никто. А в конце XV – начале XVI вв. с севера, со стороны Нолинска, сюда пришли русские старообрядцы...

Об истории села мы разговорились с учительницей местной школы Татьяной Александровной Воробьевой у нее дома.

На столе разложены карты села, старинные фотографии. Уже десять лет она с учениками участвует в районной краеведческой игре «Взрослеем вместе» и пять лет кряду становится ее победителем, регулярно получая в виде призов для школы магнитофоны. Рассказывает она об открытиях, сделанных ею с детьми. По-детски живо говорит, то смешась, то округляя глаза, – кажется, словно тоже «взрослеет вместе». Но темы-то не из легких даже для взрослых: собрать материалы по архитектуре села, исследовать традиционные костюмы, орудия труда, песни родного края... Прошлогоднее задание – изучить происхождение коренных фамилий населенного пункта.

– Пришлось покопаться, – говорит Татьяна Александровна. – Первая здешняя фамилия – Бушковы, четыре или пять семей. Это фамилия не местная. В книге вятских фамилий Бушковых вовсе нет. Зато есть у казаков – южнее Москвы, на Дону. Откуда пошло? Козочки бодаются – «бушкаются»... И наш писатель Крупин утверждает, что он – очень дальний потомок этих Бушковых, будто бы они донские казаки.

– Мне кажется, что часть старообрядцев сюда пришла с реки Выг (это в нынешней Карелии, близ Белого моря), а другая часть – из Великого Новгорода. Но это мое изобретение, и оно вообще может быть ошибочным, – немного смущаясь, говорит Татьяна Александровна. – Сами наши старообрядцы из большой моленной говорят, что пришли с Нолинска, да и даниловцы тоже...

Что такое «большая моленная», кто здесь «даниловцы» – нам покуда не известно и еще только предстоит узнать, но перебивать все более вдохновляющуюся рассказом о селе Татьяну Александровну мы уже не решаемся. При этом заметим, что сама она – нездешняя, из Стрижей, что близ областного центра, приехала сюда «по распределению» после Кировского пединститута.

– ...И вот староверы тут поселились и некоторое время жили рядом с марийцами. Потом марийцы ушли. Сами. Они вообще люди-то лично очень гордые, трудно им было тут с русскими ужиться – тем более, что кругом чисто марийские селения: Комайково, Кизерь (оно и до сих пор на 9/10 – марийское). Сами посудите: вдруг откуда ни возьмись русские пришли и уйти не захотели, осели...

Оказались старообрядцы Бушковы мужиками крепкими, хваткими, умными. С Выга-то ведь их Петр Первый выпустил, разрешил торговать. Потом их поприжали снова, а когда Екатерина опять дала им волю, они тут развернулись: лес пилили, сплавляли. По богатству Бушковы стали купцами, причем, наверное, самую высшую гильдию им можно было давать. Но сословную купеческую грамоту они себе не покупали, так и числились государственными крестьянами. Местных крестьян нанимали на работу, с оплатой не обижали. Стали в Турек вокруг таких хозяев собираться другие русские люди...

Сами Бушковы как люди состоятельные фамилии себе быстро купили. А у тех, кто победнее, до XIX века фамилий не было, они по своим хозяевам назывались. Те, кто служили у Бушковых, на вопрос: «Чьи вы?» – отвечали: «Бушковы мы». Так у нас большинство Бушковых в Туреке стало.

Как обжился Русский Турек (место далекое и от губернского центра, и от столбовых трактов) к 1914 году, любимой точке отсчета достижений советской власти?

– Дома каменные стояли, – перечисляет Татьяна Александровна, – водопровод был проведен, гидроэлектростанция на Туреченке работала, 60 метров электрических проводов было протянуто. («Это у нас-то, – смеясь, замечает наша рассказчица, – где только в 50-е годы нормальное электричество провели!»). В соседнем селе Кизерь Бушковы устроили большой конезавод на 70-80 кобылиц с ипподромом на две дорожки длиной в два и три километра – знатоки это оценят. Проводились бега, но тотализаторов у старообрядцев, конечно, и быть не могло.

Во всех четырех домах Бушковых были библиотеки (которые с приходом новой власти неведомо куда сгинули), действовал театр. Вот фотографии: на них сцены из спектаклей и директор, интеллигентного вида молодой человек, – ни дать ни взять «петербуржец» из дворян, а на деле крестьянский сын Ипполит Минеевич Бушков. Вот он уже в роли Актера в драме Горького «На дне». В 1914 году Ипполит ушел на войну (хотя, конечно, у Бушковых достаточно было денег, чтобы выкупить сына) – и не вернулся.

Интересно жили, а потому богато. Полной чашей черпали из реки жизни. Бога благодарили...

Была у Бушковых своя молельня. Но и односельчан не забыли: построили общественную моленную. К концу XIX века Турек бурно разросся, и, как положено селу по статусу, решили строить православный храм. Деньги на него собирали марийцы из соседней Кизери (села относились к одной волости). Вообще-то марийцы хотели поставить единоверческий храм, чтобы в него и староверы могли ходить. Но в губернской консистории рассудили иначе и сделали храм совершенно противоположной «специализации» – миссионерской, противораскольнической. Освятили в честь Святого Духа. Староверы, тем не менее, на освящение пришли, в том числе и Бушковы, потому что с православными всегда жили дружно. А что там чиновники предполагают – кому какое дело. Располагает-то Бог.

С началом Первой мировой войны все сельчане энергично собирали медикаменты и перевязочные материалы для отправки на фронт.

...А потом началось новое время. В 1918 году расстреляли последнего местного священника. И в том же году церковь закрыли. Долго она пустовала, бесхозная, потом устроили в ней клуб, и однажды, в ночь с 8 на 9 марта, когда над алтарем особенно яростно и долго плясали, перегрелась проводка, случился пожар, и от бывшего храма остались уголья.

За Бушковых взялись не сразу: их даже здешняя беднота уважала. Но дело всей жизни отняли. И потому хозяева сами ушли. Не вернулся сын Григория Минеевича Вениамин, уехавший учиться в Казань. В Вятку увезена была маленькая девочка Катя. А сам Григорий Минеевич ушел с участниками Степановского мятежа, следы его потерялись. Остался в Русском Туреке лишь Григорий Никандрович Бушков, но судьбы не миновал – в начале 30-х его сослали в Сибирь на лесоразработки.

* * *

...У каждой эпохи есть свой знак – кажется, мелочь, а поди ж ты – в нем, как в кристалле, вся наша жизнь.

В 1910 году в Русском Туреке появилось первое авто. В тот год кооператив Меркуловых на берегу Вятки, как раз на месте теперешней нефтебазы, водрузил бак и открыл торговлю нефтепродуктами. Когда первый автомобиль (купленный, разумеется, Бушковыми) въехал в село, рыча, стуча и пыля по дороге, сбежалось смотреть на этакое чудо все село. Дети бегали за авто толпами, впрочем, недолго. Ездить-то толком не умели, и на Главной улице машина врезалась в березу. Случилось это как раз напротив дома Германа Яковлевича Бушкова. С тех пор, рассказывает он, сколько лет прошло, береза уже старая, а толком так и не росла – все вкривь да вкось. Вот уж символ чумазого века.

В этом доме (на снимке), как объяснила мне Татьяна Александровна, по-прежнему живут староверы. Туда я решил отправиться утром, поскольку за разговорами не заметил, как завечерело.

* * *

Дорога ведет по разбитому вдрызг мосту через Туреченку – наверное, построили его еще Бушковы, и с тех пор он не ремонтировался. Возле речки – серебристые тополя и белые ивы, ровесники века. Их лесопромышленники еще саженцами привезли из Царицына, куда лес плотами сплавляли. Ныне свой век деревья уже отжили, падают, а от корня ни одна веточка не прижилась.

...Наученные опытом предыдущей стоянки, мы поспешили разбить лагерь до наступления темноты. Вброд перебрались на остров напротив села, развернули палатку и едва забили последний колышек, как за лесом потух краешек солнца, и на небе стала разворачиваться звездная феерия: сначала проглянули Венера и Марс, потом открылось созвездие Ориона, Медведица свесила хвост, спутник беззвучно пролетел... Наконец от долгого созерцания бездн заболела шея – мы уселись у костра и долго, то и дело поглядывая вверх, вспоминали детство и пили обжигающий чай с брусникой.


Источник: http://rusvera.mrezha.ru
.:: Статистика ::.
Пользователи
HTTP: 5
IRC: 3
Jabber: 8
( состояние на 16:40 )
ADSL-газета: Ежедневно свежие анекдоты, гороскоп, погода, новости, ТВ-программа, курс валют

Интересности из Интернета: Интересные статьи на разнообразные темы, найденные на просторах интернета

Компьютерная консультация

Единый личный кабинет